Книга Всегда моя, страница 51 – Лора Павлов

— Так и есть. Но я могу работать с кем угодно. А пока жду интервью, надо держать форму.

— Но ты же в основном с теми, у кого ментальные блоки? Кто не может вернуться в игру?

— Верно. Но у всех бывают блоки. У всех свои травмы. Ты что, лишен этого? Жизнь у тебя, значит, идеальная?

Меня задело, и я выдал саркастический смешок:

— Далеко нет. Но не понимаю, как твой разговор со мной что-то изменит.

— То, что кто-то тебя слушает и понимает, не значит, что он пытается тебя чинить. У тебя, похоже, пунктик на эту тему, да? Что все хотят тебя исправить? Но травма — это травма, Нико.

— Травма — часть жизни. Да, дерьмо случается. И чинить меня не надо.

— Тогда давай поговорим о тебе и моей сестре, — спокойно сказала она, откинувшись в кресле.

— Между мной и твоей сестрой ничего нет, — отрезал я, прочистив горло.

— И почему? Лучшие друзья, которые любят друг друга. Она наконец-то бросила того придурка Дженсена. А ты не делаешь ход?

— Господи, — рявкнул я, вскочив и начав метаться по кабинету, зарывая пальцы в волосы. — Что вы все сегодня на меня взъелись? Нет там хода. Виви заслуживает большего. Ты же знаешь, откуда я. Не верю, что ты это предлагаешь.

Сам удивился своей злости. Обычно я умел держать себя в руках, но Эверли даже не моргнула.

— Скажу тебе кое-что, Нико. Ты прав — травма часть жизни. Да, мы рано потеряли маму, и это перевернуло все. Мы идем дальше, но это не значит, что не больно и что это не влияет на нас. Мы говорим о ней постоянно.

— И что ты хочешь? Чтобы я сказал, что мой отец — кусок дерьма, а мать не лучше? Тебе станет легче? Потому что мне — точно нет. Жить, тушить пожары, двигаться дальше — вот что я делаю.

Я сел обратно. Признаться, выговориться было неплохо.

— Понимаю. Но ты никогда от этого не уйдешь. Закопаться в работе — не значит справиться. Нужно встретиться с этим лицом к лицу. Чувствовать. Переживать. Плакать. Делиться. Это процесс. Но знай: травма — вор. Она могла украсть твое прошлое, но только ты решаешь, позволишь ли ей украсть твое будущее.

Я кивнул. В ее словах был смысл. Может, я и правда сижу на скамейке, но до недавнего времени меня это устраивало. Никогда не думал, что хочу большего… пока эти последние недели не перевернули все.

— Виви просто… слишком хорошая, понимаешь? Она заслуживает лучшего, — сказал я устало.

— Согласна. Но вопрос: почему ты думаешь, что это не ты? Я не видела двух людей, которые любили бы друг друга сильнее, чем вы, со времен, когда была маленькой и видела родителей вместе.

— А если я все испорчу — потеряю все, — выдохнул я, потирая лицо.

— А если не попробуешь — потеряешь все в любом случае. Она ведь не останется одна навсегда. И, кроме Дженсена, мало кто примет такую дружбу, как у вас. Ты сам загоняешь ее в угол, потому что боишься.

— Я не боюсь, — прошипел я. Терпеть не могу, когда так говорят. Это единственное, что у меня есть — не показывать страх. — Я пытаюсь поступить правильно.

— Для кого?

— Для нее! — рявкнул я и шумно выдохнул.

— Значит, ты плохо знаешь мою сестру.

Сирена взвыла, и я сорвался с места к шкафчику. Через пару минут был уже в форме и бежал к машине.

— Серьезный вызов, — сказал Джек, когда мы рванули по дороге. — Шестиэтажка на краю города полыхает.

— Черт. Она ведь у леса стоит?

— Ага. Готовься к атаке, Нико.