Книга Бьющееся сердце, страница 16 – Лора Павлов

— Ага. Идите мыть руки. Быстро. — Я сложил еду на тарелку и поставил ее на уличный стол. Запеченную фасоль я уже выложил в миску и поставил рядом с соусами.

Они пронеслись мимо меня пулей и вбежали в дом. По ним было видно — усталостью там и не пахнет. Так что вечер обещал быть долгим. Джей Ти остался у нас с ночевкой — его родители были на каком-то мероприятии, и я всегда рад был его видеть. Катлер — единственный ребенок, а большую часть времени он проводит с моими друзьями. Так что, если он просит, чтобы друг остался на ночь — я только за.

Они уселись рядом, напротив меня.

— Паааап, — простонал Катлер. — Почему я должен есть овощи каждый вечер?

Я положил им на тарелки морковку и помидорки черри. Мой парень не любил салат, но в таком виде овощи ел, поэтому я всегда держал их вымытыми и готовыми.

— Это овощи, — нарочно растянул я слово. — А ты же хочешь вырасти большим и сильным?

— Но дядя Ро говорит, что я уже большой и сильный, — парировал Катлер.

— Я не уверен, что вырасту, потому что не люблю морковку. Зато хот-доги люблю, — сказал Джей Ти с полным ртом, и я засмеялся.

Вижу краем глаза какое-то движение, оборачиваюсь и вот оно, чудовище с соседнего двора несется прямо к нам.

— Винни! — завопил Катлер, а эта психованная псина запрыгнула на лавку рядом с ним и принялась облизывать его лицо. Лапы у нее были здоровенные — одну она водрузила прямо ему на плечо, пока он смеялся.

— Вот это пес, — заметил Джей Ти. — Откуда он взялся?

— Ой, извините! — Эмерсон бежала к нам.

С тех пор как она переехала и я чинил ей забор, мы не пересекались. Я ушел сразу после того, как грузчики все разгрузили. На следующий день она оставила на нашем крыльцетарелку с печеньем и записку с благодарностью и все. Несколько раз я видел ее на веранде, но дальше короткого кивка дело не заходило: она всегда тут же убегала в дом, будто не хотела ни с кем общаться.

Она подошла к нашему столу, уперлась руками в бока и сердито уставилась на собаку:

— Что это с тобой, Винни? Это на нее совсем не похоже.

— В смысле — здороваться с людьми? — поддел я ее. — Она никому не мешает. Просто приветствует.

В отличие от хозяйки, которая, похоже, предпочитает держаться в стороне.

Эмерсон тяжело вздохнула:

— Похоже, после жизни в городской квартире она просто наслаждается простором.

— Да уж, тяжело сидеть взаперти весь день. Пусть побегает, повеселится.

— А можно я дам ей кусочек хот-дога? — спросил Катлер.

— О, не стоит, милый. Это для тебя. Она уже ужинала, — сказала Эмерсон и щелкнула пальцами. Винни тут же соскочила с лавки и села на землю.

— Пап, а доктор Эмерсон может поужинать с нами?

Вот ведь черт.

Он всегда так — особенно если рядом симпатичная женщина. Я постоянно чувствовал эту тень вины: у Катлера не было обычной семьи. Только я — отец, который часто не знал, что делает. Я молился, чтобы не сломать ему жизнь.

— Конечно. У нас еще остались хот-доги и бургеры, если хочешь, — я потянулся за пивом.

— Нет, спасибо. Все в порядке. Мы не будем вам мешать.

Катлер доел, и они с Джей Ти понеслись бегать с Винни, которая тут же ожила и радостно понеслась за ними.

Эмерсон ударила себя по лбу и начала звать собаку.

— Эй, может, просто расслабишься хоть на минуту, а? — предложил я, вытирая руки салфеткой. — Отдохни. Посмотри на воду. Солнце садится.