Книга На берегу, страница 28 – Лора Павлов

— Ладно. Сначала бег, потом вопросы.

Мы пошли в сторону дороги, и он обернулся ко мне. Он был высокий и слишком красивый. И это злило меня ещё больше, потому что я ненавидела тот факт, что он мне нравился.

— До моего дома четыре мили. Там остановимся, и ты сможешь задать три вопроса. Так что выбирай их с умом, пока бежим.

— Три вопроса? Это абсурд, — фыркнула я, начиная бежать. Он перебрался на внешнюю сторонудороги, оставив мне внутреннюю — жест, который казался галантным, особенно от такого придурка.

— У нас впереди недели. Не к спеху.

Темп был довольно бодрый, но вполне посильный для меня.

— Ты на машине до бухты доехал? Я не видела, чтобы ты где-то парковался.

— Нет. Я прибежал сюда с утра. Хотел пробежать подальше.

Не буду врать — я была впечатлена. Хотя это и неудивительно, учитывая, что его в мире футбола считали машиной.

— А можно мне вести обычную светскую беседу во время пробежки? Или это уже считается одним из трёх вопросов? — Я была довольно искушённым мастером сарказма и позаботилась о том, чтобы он понял, как сильно меня это раздражает.

Он усмехнулся.

— Светская беседа — это нормально. Но она работает в обе стороны. Ты спрашиваешь — не по делу. Я спрашиваю тоже. Так устроена беседа.

— Говорит парень, который едва ли с прессой разговаривает. Теперь ты эксперт по светским разговорам?

— Если будешь меня подкалывать, очков это тебе не добавит. Хватит сопротивляться, просто начни, наконец, этот чёртов разговор. — Он бросил на меня взгляд с приподнятой бровью, а потом снова посмотрел на дорогу.

— Всё это какой-то бред, — пробормотала я, дыша уже чуть тяжелее. Мне казалось, он специально ускоряет темп, чтобы я молчала. Но тогда зачем вообще было меня сюда тащить? Я могла бы просто встретиться с ним после пробежки для интервью. — Ну и как тебе живётся в Коттонвуд-Коув?

— Вообще-то мне тут нравится. Я наконец-то могу дышать.

Честно.

Скромно.

Неожиданно.

— Хороший ответ.

Мы бежали молча несколько минут, пока не свернули за угол возле Мейн-стрит, и он заговорил:

— Ты здесь выросла?

— Ага. Всю жизнь тут прожила, если не считать учёбы. Я четыре года играла в волейбол в колледже, а после выпуска переехала в Сан-Франциско, хотелось быть поближе к дому.

— Ну, тогда понятно, откуда у тебя такие беговые навыки, — сказал он. — А ты хочешь вернуться в город?

— Эм, вообще-то это был твой вопрос. Теперь моя очередь. Разве ты не эксперт по светской беседе?

Он рассмеялся.

— Туше. Давай, спрашивай.

— Ты правда собираешься в школу Коттонвуд на следующей неделе, чтобы помочь Бренди удивить Лайонела? — спросила я, потому что Бренди накануне вечером поймала нас с братом, когда мы уходили от Рейнольдсов, и рассказалао своём сюрпризе.

— Да. Мне нравится Лайонел. Он хороший парень.

— Да. Он и правда такой. Ему пришлось нелегко.

— В каком смысле? — спросил он.

— Его отец сбежал с какой-то женщиной, когда ему, кажется, было лет пять. Они с мамой всегда вдвоём. Он работает в ресторане, помогает оплачивать счета. Мечтал получить футбольную стипендию, но пока ничего не вышло, так что, скорее всего, поступит в местный колледж.

Линкольн замолчал. Казалось, он обдумывал мои слова.

— Я знаю, он кикер. Он вообще хороший?

— Я сама ни разу не видела, как он играет, но мой брат Хью и его невеста Лайла ходили на все матчи в этом сезоне и говорят, он очень хороший. Но у нас маленький город. Никто о нём не знал, и мама не особо понимала, как ему помочь себя показать. Лайла помогла ему написать нескольким тренерам из колледжей, но он пока ни от кого не услышал ответа.