Книга Бандит. Цена любви, страница 9 – Дарья Словник

К тому моменту, как мы останавливаемся у металлических ворот в длиннющем заборе, я успеваю накрутить себя до максимума. Дышать тяжело.

Я могу лишь наблюдать, как отъезжают в сторону ворота.

А за ними… Натуральный лес.

Я не понимаю. Замираю с нехорошим предчувствием.

Мы едем еще минут пять по асфальтированной дороге среди деревьев. Но, в конце концов, деревьярасступаются. Я вижу здоровенный особняк.

По территории вокруг него ходят два амбала в черной робе. На плечах автоматы, а в руках поводки с ротвейлерами.

У меня дыхание перехватывает. Как отсюда сбежать? Это вообще реально⁈

Мужчины, молча, выгружаются из внедорожника. Лощеный хмырь открывает дверь и тянет меня за руку наружу. Я неохотно вылезаю.

Будто у меня есть какой-то выбор, ага.

Тут же обхватываю себя руками. Я и в салоне успела озябнуть, а сейчас на улице и вовсе глубокий вечер. Солнце давно скрылось за горизонтом, а на мне только маечка! Слава богу, хоть бюстгальтер на мне. Сверкать сосками в этом месте вот вообще не хочется.

— Идем, — лощеный хватает меня за плечо и дергает в сторону входа.

Трехэтажный особняк со здоровенным окном в два этажа. Белая мраморная лестница ведет к резным двустворчатым дверям. Никаких лепнин в дизайне нет. Все довольно сдержанное, минималистичное и стильное. Собственно, как и внутри.

Я бы впечатлилась куда больше, если бы меня сюда пригласили в гости. Но нет. Меня привезли сюда ждать часа, когда приведут приговор в исполнение.

Надеяться на то, что отец отдаст долг в ближайшие сутки, бессмысленно. Это из ряда фантастики…

Меня впихнули внутрь. Лис поднялся по лестнице и исчез на втором этаже.

— Сядь. Жди здесь. Ничего не трогай, — лощеный пихает меня к барной стойке.

А сам уходит куда-то вглубь первого этажа вместе с документами на наш дом…

Хотя теперь уже не наш.

К горлу подкатывает ком. Я изо всех сил стараюсь не разреветься тут же. Я чувствую, что еще немного и мое терпение лопнет, как воздушный шарик.

Оборачиваюсь, прислушиваюсь: никого. Слезаю со стула и, оглядываясь, иду к выходу. Я по-прежнему босиком. Кто бы мне дал обуться, ага, размечталась.

Подхожу к окну во всю стену. Охраны вроде не видно, но те здоровяки наверняка там где-то, ходят… Подхожу к двери и берусь за ручку. Поворачиваю и замираю.

Дверь открыта.

Почему она открыта?

Они настолько уверены, что к ним никто не пролезет? Никакое ворье? Что я не сбегу?

А вот возьму и сбегу!

Приоткрываю дверь. Чувствую, как по полу к ногам тянется прохлада, Она охватывает своими холодными ласками лодыжки…

Поджимаю пальцы. Если сейчас решусь туда выбежать, придется бежать босиком черт знает сколько. А если собак спустят,смогу ли убежать от них босиком? Вряд ли.

А если даже и да… то что потом? Так тот факт, что я вернусь домой не умалит его долга перед этими жуткими людьми. И что тогда? Я только себя смогу защитить, а отец… его участь незавидна.

Черт!

Закрываю тихо дверь и отпускаю ручку.

Кто бы знал, чего мне стоило сделать шаг назад, а следом еще один и еще. Возвращаюсь за барную стойку и замираю.

Осознаю: я только что добровольно сдалась бандитам.

Софи, ты только что сама осталась у бандитов, твою мать!

Так! Так… Только про маму не надо.

Мысли о маме подстегивают меня подобрать сопли. Да, осталась здесь. Ради отца. Не хватало мне еще и его потерять спустя всего месяц после похорон мамы… Пусть он не эталон мужественности, но он мой отец.