Онлайн книга «Каролина Кароль»
|
Сколько раз он собирался написать. Да чего там?.. Сколько раз он набирал текст — и удалял черновик? Потому что это невозможно объяснить словами на экране смартфона. И голосовым тоже не объяснишь. И даже если решишься и позвонишь — все равно ничего объяснишь. Надо видеть ее глаза. Даже не для объяснения. Просто — надо. Необходимо. Видеть. Коснуться. Обнять. Не-об-хо-ди-мо. Сколько он уже посмотрел ее игр с выездных? Засмотрел до дыр все видео на официальном аккаунте клуба. У Каро на страничке ничего нового нет, и комментарии закрыты. Понятно, почему. Три поражения подряд. Что там происходит? Почему у Каро развалилась игра? Этот вопрос отошел на задний план после просмотра последней игры. Что, черт возьми, у Каролины с ногой?! Нет, она не хромала. Не подворачивала. Не приволакивала. Но он видел, ясно — словно в глазах вдруг появился встроенный рентген, УЗИ, КТ или еще что! — что нога у Каро не функционирует так, как положено. Что это такое? Болит? Играешь на преодоление? Да куда врач-то смотрит?! Ни на секунду отлучиться нельзя, угробят мне девочку! Не умеете с Пушкой обращаться — нечего и пробовать стрелять. *** График игр согласовывали-согласовывали — и в итоге сделали, как попало. Нет, чтобы по порядку. Из Красноярска они возвращаются назад, на запад. А потом снова полетят на восток, уже на самый дальний. Они уехали из Красноярска с ничьей. Не поражение, уже хорошо. Не хорошо. Гвоздь мрачнее тучи. А Каро нет-нет — да смотрела в сторону скамейки запасных. Нет. Нет-нет, это невозможно. Не выпустить ее на поле? Не дать играть?! Ей?! Да, ей. С такой игрой, и правда, может, лучше дать играть другим. Хуже-то уже трудно сделать. Это только ей есть куда падать. Она уехала из Красноярска, где из русла словно выныривает седой могучий Енисей. Где ей постоянно лезут в голову ненужные воспоминания. Ну и толку? Воспоминания лезть неперестали. Им теперь и Енисей не нужен. Другой город, а тоска внутри все та же. И холод. Здесь как-то особенно холодно. Стыло. И темно. Беспросветно. *** — Лу, не затягивай. Он бросил взгляд на часы. — До вылета еще шесть часов. — Я не про самолет. — А про что? — С ребенком не затягивай. — С каким? — С твоим, — мама прошла и села рядом с ним на диван. — И не смотри на меня так, будто ты не понимаешь, о чем речь. — Не понимаю. — Хорошо. Говорю прямо, как мы с тобой и любим. Есть целый спектр рисков, с которыми сталкиваются женщины — профессиональные спортсменки — при зачатии, вынашивании и родах. Если тебе интересно, могу скинуть ссылки на исследования. — Так… — Не перебивай, пожалуйста. Я дважды видела Каролину в непосредственной близи. Я до дыр засмотрела игры с ее участием. — Ты тоже?! Ты-то зачем?! — Второй раз прошу — не перебивай. В идеале мне бы ее руками пощупать, но вряд ли получится. Впрочем… Загадывать нельзя. Без анализов, конечно, сто процентов ничего утверждать нельзя, но строение таза и живота уже наводит на мысли. — На какие?! — Леонид просто не успевал за ходом мысли матери. Он весь тут в отъезде, кучу дел надо сделать перед этим, а она… — Ей надо родить ребенка до тридцати. Поговорите. Обсудите. Я готова помочь, чем могу. Впрочем, там возможности у ее семьи более чем достаточные, но если мой опыт и руки могут пригодиться… — Мама! — Я с тобой сейчас говорю не как мать. А как врач — акушер-гинеколог. Ты в моей квалификации сомневаешься? |