Книга Измена. Любимых (не) предают, страница 69 – Тая Шелест

Спасибо ему за это большое.

— Чего вам нужно от меня? — шепчу хрипло, оглядываясь по сторонам.

Но немногим присутствующим не до меня с моими проблемами.

— Ты угробила мне сына! — предъявляет она, на что я возмущенно выдыхаю и поднимаюсь, чтобы не смотреть на нее снизу-верх.

— Я угробила? Вы так уверены? Не новая подружка-наркоманка, а я, которая вовремя заметила неладное и вызвала помощь??

— Не ори на мать! — рявкает один из братьев, но я не обращаю на него внимания.

— А где были вы, когда она кормила его таблетками, а? — продолжаю наезжать на зло сузившую глаза свекровь, — неужели ослепли все и не видели, что ему плохо?? И я виновата? Да с хрена ли??

— Э-э, ты чо, мышь… — один из брательников вдруг хватает меня за плечо.

Так больно, что я даже замолкаю от неожиданности, осекшись на полуслове.

Он тащит меня в сторону выхода. Остальные следуют за нами.

— Отпусти! — хриплю, цепляясь за наглую конечность этого отбитого.

Тот не обращает внимания. Они толпятся вокруг, закрывая меня от чужих взглядов.

— Помогите! — взвизгиваю, но поздно.

Мужчина выталкивает меня на крыльцо приёмного покоя. Чрезмерно довольная происходящим свекровь семенит следом. Как жирная, лоснящаяся муха, дорвавшаяся до кучи свежих экскрементов.

На крыльце никого, за ним — широкая асфальтированная дорога и плотный забор с воротами, ведущими на трассу.

Несколько нервных медсестер курят неподалеку, но они тут же скрываются в дверях, стоит понять, что здесь назревает что-то из ряда вон.

До меня доходит, что эти люди не настроены спорить или выслушивать адекватные аргументы.

Они слишком агрессивны, чтобы думать.

— Ты как со свекровью разговариваешь, мышь? — быкует на меня старший брат моего мужа.

У него черная борода и коротко стриженные волосы. Неприятные колючие глаза сверлят меня едким взглядом, а тонкие губы искривлены в усмешке.

Я пячусь, но тут же натыкаюсь спиной на другого мужчину. Они берут меня в кольцо. Свекровь стоит неподалеку, лучась довольством.

Наконец то дерзкая невестка получит по заслугам —читается в ее смеющихся глазах.

— Смелый, да? На девушку нападать! — я понимаю, что ничего не смогу поделать. Меня сейчас просто изобьют толпой, и никто не поможет.

Ну, зато хотя бы больница рядом, если что.

— Да ты давно напрашиваешься, недалёкая!

И правда… была бы умная — не связалась бы с этой тухлой семейкой. Да толку теперь жалеть?

И где Арес, когда он сейчас так нужен?

Эти неандертальцы меня покалечат! Как назло, вокруг никого. Да и кто вступится? Кто осмелится пойти против троих агрессивно настроенных мужчин?

Если только заметят из больницы, и какая-нибудь добрая душа догадается вызвать полицию.

А если нет? В любом случае времени у меня катастрофически мало… уже почти совсем не осталось.

А этот дикарь всё наступает, едва не упираясь своей наглой бородатой харей мне в лицо.

— Никто тебя не воспитал, — продолжает бычить, — никто не научил, как вежливо общаться со старшими, коза ты тупая!

А вот за козу можно и получить!

Мужчина дергается резко вперед, пытаясь напугать. И пугает.

На подобное я реагирую просто — отвешиваю ему хлёсткую пощечину. Такую сильную, что даже ладонь немеет.

Он замирает на секунду, а потом увернуться я уже не успеваю. Ответная пощечина обжигает щеку. Лечу на асфальт, отбивая ладони о твердое покрытие. В голове звон.