Книга После измены. Он тебя любит, страница 96 – Рина Каримова, Валерия Ангелос

Просто не верится, будто такое в принципе могло произойти. Стрельба. Утром. Посреди города. Эмира ранили. Он в реанимации.

Звучит как полный бред. Абсурдно. Однако это правда. В мыслях творится полный раздрай.

А дальше нас и вовсе встречает следователь.

— Здравствуйте, — говорит этот человек. — Я занимаюсь расследованием по делу вашего мужа. У нас есть все основания полагать, что это была попытка заказного убийства.

— Эмир, — вырываетсяу меня. — Могу я увидеть его?

— Полагаю, это вам лучше обсудить с врачом.

— Хорошо, тогда…

— Операция еще идет, — замечает он. — Позже.

— Так долго идет операция? — выпаливает Ксюша. — Почему?

— Ранения серьезные, — отвечает следователь. — Он чудом выжил. Врачи практически вытаскивают его с того света. Вам придется подождать. Не думаю, что сегодня будут разрешены посещения.

Теперь время тянется мучительно медленно.

Мой взгляд то и дело соскальзывает на часы.

А следователь задает один вопрос за другим.

— У вашего бывшего мужа были враги?

— Наверное, — выдаю рассеянно. — Он же серьезный бизнесмен. Эмир сам говорил, что в его деле без врагов не обойтись.

— Вам на ум приходят какие-нибудь имена? Кто мог желать ему зла?

— Не знаю. Мы давно развелись.

— Ну тогда раньше. С кем у него были конфликты?

— А я никогда не интересовалась его работой до такой степени. Мы это, — начинаю и замолкаю. — Такое мы не обсуждали.

— Слышал, у вас завязалась судебная тяжба.

Перевожу взгляд с часов на следователя.

— Да, но…

— Таиров собирался вам все отдать.

— Послушайте. Какое это имеет значение?

— Возможно, это не понравилось кому-то, кто был к нему приближен. Одному из его бизнес-партнеров.

— Не знаю.

— Вера, подумайте. Возможно, вы дадите нам след.

— Да какой след я могу…

Запинаюсь, потому что сознание будто вспышкой озаряет в этот самый момент. Ослепительной, яркой.

— Пылаев, — сглатываю. — В последнее время у него начался серьезный конфликт с Петром Пылаевым. Но кажется, Эмир все решил. Во всяком случае, именно так он сказал мне в нашу последнюю встречу.

Это все кажется каким-то горячечным сном. Фантазией воспаленного разума. Не представляю своего бывшего начальника в роли убийцы.

Но вообще…

— У них давно был конфликт, — добавляю. — Однако прежде все было не настолько остро, как сейчас.

— Еще кто-нибудь приходит на ум?

— Кузнецов, — вылетает у меня непроизвольно.

Сначала говорю, потом думаю. И сперва пытаюсь отмахнуться от этой идеи, но потом перед глазами встает встреча Кузнецова и Пылаева.

Эти двое могли действовать вместе.

Но заказать убийство? Нет, не могу в это поверить. Не хочу в такое верить. Попросту отказываюсь.

Только меня никто не спрашивает. Есть реальность. Есть факты.

— Мы все проверим, — замечает следователь.

— Кузнецов, — говорю. — Он же из ваших структур.

— Знаю, — отвечает невозмутимо. — Его фамилия уже у меня в списке. Необходимо изучить.

— Значит, вы не исключаете…

— Круг подозреваемых широкий. Потому будет лучше, если до того, как мы прольем свет на личность заказчика, реальное состояние Таирова останется секретом для общественности. Выгоднее, если все посчитают его погибшим.

После разговора с врачом, который наконец выходит из операционной, мне становится ясно, что жизнь Эмира сейчас буквально находится на грани.

— Нам остается только ждать и надеяться, — произносит доктор. — Мы уже сделали все, что могли. Теперь дело за Эмиром.