Книга Его вторая жена, страница 28 – Милана Усманова, Рика Левина

- Аверьянова, ты что ли? – Спросила она, сплёвывая табак от папиросы.

Невольно напряглась, приготовившись ко второму акту клоунады.

- Я, и никуда не уйду, - глянула на бабку исподлобья.

Та зашлась хриплым каркающим смехом, закашлявшись в конце:

- Так пришла уже по адресу. То-то переполох такой с утра. Посдувало сразу всех, одни стажёры сидят. Меня и оставили, чтобы, значит, одним махом двух зайцев прибить.

- Как это? – Я уже не понимала, что тут творится.

- А так, - бабулька кинула окурок в банку из-под кофе, - давно под меня копают, а тут такой случай выдался. И твоему делу хода не дать и меня с места вытурить.

- И каковы шансы? – Ольга подошла ближе, рассматривая нашу странную собеседницу.

- Под меня столько лет уже копают, - недобро усмехнулась бабулька, - что можно Мариинскую впадину переплюнуть, я-то в их кодле не варюсь. Да только кишка тонка с Сабельниковой тягаться. Иди за мной, да, меня зовут Валентиной Матвеевной, - старуха легко открыла мощную дверь на тугой пружине, - с тобой кто? Родственница?

- Подруга, - поспешила я за бабулей, чтобы не пришибло дверью.

- В коридоре посиди, - отрывисто бросила она Ольге, - порядок такой.

Мы прошли в кабинет, где чего только не было, включая гинекологическое кресло.

- Забирайся. Не мылась? – Старушка ловко натянула перчатки.

- Нет.

- Добро-о-о. Ничего, мы им сделаем экспертизу. Ты не смотри на мой возраст, ум и глаз остры, как в молодости, руки тоже не дрожат.

Валентина Матвеевна ловко вытащила длинные стеклянные трубочки, шпатели, ещё кучу инструментов. Сделала соскоб из-под ногтей, осмотрела наружные травмы.

- Прокуроры, полицейские, мать их за ногу. Совсем, охальники, страх потеряли. Да ты никак просто денег хочешь? – Она подняла на меня глаза.

- Нет, развода и справедливости.

- Такие тоже бывают, - мягче продолжила она, - только редко, всё денег просят или цацки какие. Потому и распустились мужики.

- Мне его деньги не нужны. Я устала жить в страхе за себя и дочь.

- Тогда готовься к долгой войне, - Сабельникова подняла голову, - и не опускай рук. Не все продажные в полиции и честных следователей хватает.

- Мне бы адвоката честного, - вздохнула в ответ.

- И такие есть. Погоди, вот закончим, дам номерок.

Мы ехали к гостинице, я сжала в руках номер, написанный на клочке бумаги.

- Повезло нам со старушкой, наконец появился хоть какой-то просвет в конце этого сумрачного тоннеля, Сабельникова сказала, что, - глянула на бумажку, читая имя, - Соколов Павел Антонович молод, сам из другого города, значит, здесь никого не знает и работает по совести. Правда, у него больше проигранных дел, но только потому, что берётся за самые сложные случаи.

- Поговорим с ним, поймём, с кем имеем дело, - спокойно ответила Ольга, - созвонись, когда вернёшься. На встречу не ходи, кто знает, на что твой супруг способен. Дождись нас. Я, - женщина глянула на часы, - освобожусь к пяти или шести вечера. Работу откладывать нельзя.

- Хорошо, - кивнула в ответ, - пока квартиру поищу. В гостинице недёшево.

- Тоже верно, - Ольга что-то обдумывала, нить разговора прерывалась, и я умолкла.

Начальница высадила меня у гостиницы и быстро уехала. Поднявшись в номер, с наслаждением скинула вещи и забралась в душ. Около часа тёрлась и мылилась, вылив тюбик геля и шампуня, чуть не ободрала кожу, смывая запах пота и перегара Аверьянова, его касания, саму его суть.