Книга Измена в 45. Моя горькая сладость, страница 49 – Милана Усманова

Ведущая кивнула и не стала углубляться в детали расставания. Вместо этого она спросила о моих первых шагах, как я решилась, с чего начала, было ли страшно.

И я рассказала: о запущенном здании, о первой генеральной уборке, о том, как запустила старую кофемашину, как приготовила первую чашку кофе для случайного посетителя.

— Страшно было очень, — призналась я. — Я ведь столько лет была простой домохозяйкой. А тут вдруг оказалось, что я должна сама принимать все решения, сама нести ответственность за дело, за сотрудников, за каждую мелочь.

— Как вы справились с этим страхом?

Я задумалась, глядя на Ярослава. Он кивнул, поддерживая.

— Знаете, я просто не оставила себе выбора, — честно сказала я. — Когда нет пути назад, приходится идти вперёд. И я шла — шаг за шагом, день за днём. Каждый маленький успех придавал уверенности.

— А что бы вы сказали женщинам, которые сейчас находятся в похожей ситуации? — спросила Марина.

— Я бы сказала, что никогда не поздно начать заново, — медленно произнесла я. — Что возраст — это не преграда, а преимущество. В сорок, в пятьдесят, в шестьдесят у нас уже есть опыт, мудрость, знание себя. Да, страшно.Да, трудно. Но каждый день, когда вы понимаете, что справились ещё с одним вызовом — это невероятное чувство. Чувство, что вы живёте по-настоящему.

— А что насчёт личной жизни? — осторожно спросила Марина под конец. — Многие женщины после развода боятся снова довериться.

Я бросила взгляд на Ярослава. Он сидел спокойно, с лёгкой улыбкой.

— Я думаю, что и здесь всё возможно, — сказала я. — Если вы открыты новому, если не зацикливаетесь на прошлых обидах. В моей жизни сейчас есть человек, и он поддерживает меня, верит в меня. И это прекрасно.

Когда интервью закончилось, я выдохнула с облегчением. Марина сняла наушники, улыбнулась:

— Вы были великолепны! Так искренне, так тепло. Уверена, многие наши слушательницы найдут в вашей истории поддержку и вдохновение.

Мы вышли из здания радиостанции, и Ярослав достал из машины букет - полевые цветы, веточки можжевельника, какие-то мелкие белые соцветия.

— Это тебе, — он протянул их мне. — Ты была удивительной. Такой воодушевляющей, такой смелой. Ты была настоящей. Это дорогого стоит.

Вечером телефон разрывался от звонков и сообщений. Звонили знакомые, которые услышали передачу, клиенты кафе, даже какие-то незнакомые люди — просили совета, делились историями.

Когда я произнесла это вслух — не для себя, а для других, я поняла, что моя история не о потере, а о находке.

Прошло несколько недель после радиоинтервью. Звонок от Максима застал меня за составлением нового меню. Сын звонил раз в неделю, иногда заезжал в кафе, но наши отношения всё ещё были в процессе восстановления.

— Мам, — сказал он после обычных приветствий, — мы с Алисой хотели пригласить тебя на ужин. К нам домой.

— О, — я удивилась. — С удовольствием.

— И… — он замялся, — приходи с Ярославом.

Это было неожиданно. Максим знал о наших с Ярославом отношениях, но никогда не проявлял особого интереса к этой стороне моей жизни.

В субботу вечером мы подъехали к дому Максима. Сын жил в современном жилом комплексе — не в том районе, где когда-то была наша семейная квартира. Я нервничала, как подросток перед первым свиданием.

Квартира сына была небольшой, но уютной — со светлыми стенами, минималистичной мебелью. Совсем не похожа на тот помпезный стиль, что предпочитал Александр. И эта мысль почему-то принесла облегчение: мой сын выбирал свой путь.