Книга После развода. Кризис 40 лет, страница 47 – Лена Грин

— Это Крис? — Соня выскочила в коридор и тоже мгновенно помрачнела.

Понятно, сегодня ждут совсем не меня.

— Нет, Дима с Кристиной будут минут через пятнадцать, — Юля намекнула, чтобы не задерживался.

«Дима», значит. Совместные планы. В груди сдавило, но уже не от грёбаного кашля.

— Привет, Сонь, — я заткнул обиду подальше и протянул ей подарок. — С наступающим.

Она помедлила, всё ещё обижается, мы ведь так и не поговорили. Может, хоть в этот раз выслушает?

— Спасибо, — подарок всё-таки приняла, и у меня отлегло от сердца.

Ужасно захотелось её в объятиях сдавить, да и Юлю тоже. Сгрести своих девчонок, не отпускать. Сказать, что я идиотом был, сволочью, что всё понимаю, не подведу больше никогда.

В горле встал ком, пока я смотрел, как она ленточку развязывает.

— Телефон? — Соня не сдержала улыбку, как ни старалась хмуриться.

— Нравится?

— Классный.

Я кивнул с облегчением. Ладно, ещё шажок.

— Сонь, слушай, я хотел у тебя прощения попросить. Выслушаешь?

Она неопределённо пожала плечами, а я так и стоялна пороге, меня никто не приглашал. И наглеть не хотелось, и стоять, как совсем чужой, тоже было невмоготу.

Разулся всё-таки, снял куртку, времени у меня было мало, а сказать хотелось слишком много.

— Пойдём к тебе?

Она молча отступила в комнату, и я прошёл за ней. С кухни доносился звук льющейся воды, Юля решила нам не мешать. Может, и хотела, чтобы я свалил побыстрее, но вела себя адекватно.

— Давай начнём с того, что отец у тебя дурак, — попытался я пошутить.

Соня никак не отреагировала, и я заговорил серьёзнее:

— Прости, что полез, куда не просили. Сделал только хуже.

Она сидела на кровати, а я напротив. За месяцы моего отсутствия её комната слегка поменялась, появились какие-то новые постеры в рамках с азиатками. Что-то музыкальное, наверное. Я совсем не знал, чем она сейчас интересуется.

— Мама уже всё уладила.

— Да, мама — чудо.

— Но ты её обидел, — резко отозвалась Соня. — И меня тоже.

— Я знаю, Сонь. Понимаешь, у взрослых…

— Я не маленькая, — она вскинула на меня взгляд, полный обиды. — Может, я и не всё понимаю, но знаю, почему ты нас бросил. Ненавижу твою Лизу.

— Лиза в прошлом, её больше не будет.

Я говорил ей, как мне стыдно и за то, что маму обидел, и за все её слёзы. Пытался объяснить, чтобы точно поняла. Получилось многословно, но зато честно. Сейчас не время было юлить.

— Простишь меня? — спросил наконец. — Теперь я точно никуда не денусь.

Она пожала плечами, глядя в сторону. Не выдержал, подошёл и сел рядом. Прижал к себе, уткнулся в её волосы, вдыхая родной запах своего ребёнка.

— Прости пожалуйста.

Она всхлипнула, вцепилась мне в свитер и наконец обняла в ответ.

— Люблю тебя, — я прижал её к себе изо всех сил, у меня горло сдавило.

Она пискнула что-то, я даже не понял, но когда отпустил, увидел, что на губах у неё наконец-то появилась улыбка.

Понял, что как бы ни сложилось с Юлей, дочь я не оставлю. Надо хоть что-то в жизни правильно сделать.

Мы ещё поговорили немного, и, конечно, расстояние между нами осталось, его ещё придётся преодолеть, но я это сделаю.

Когда наконец пришёл на кухню, Юля стояла у окна, обняв себя за плечи. Гирлянда отбрасывала на её лицо блики, и сама она была невероятно хороша в этом светлом, мягком свитере. Ужасно захотелось её обнять.

— Помирились? —она повернула голову и спокойно взглянула на меня.