Книга Преклонение, страница 8 – Ирина Шайлина

— Брось её на хер, — говорю чуть охрипшим голосом. —Она же мокрая…

Встаю. Я не смущаюсь. Она сама пришла трахаться, пусть смотрит. На неё не смотрю. Возвращаюсь к шкафу, выиискиваю одежду. Ей бросаю. Она одевается, не сразу попадая ногой в штанины. Затем делаю то, что должен был сделать давно.

— Через пять минут у подъезда белый ниссан, — говорю не глядя на неё. — Оплачено с моей карты.

Она кивает. Ноги, в моих носках в сапоги не лезут, она бросает их тут же на пол, и надевает обувь уже на голые ноги. Молчу. Прихватывает сумку. Стоит снова в дверях. Я наконец смотрю на неё, потому что мне кажется, что она этого ждёт. В её глазах блестят слезы. Ревёт. Я не понимаю эту девушку.

— Я… я не скажу ей, — говорит она запинаясь.

Закрываю за ней дверь. Всю одежду свою она собрала, но на кухне так и висят колготки, переброшенные через спинку стула. У меня во рту горечь. Открываю новую бутылку, взамен той, что мы с ней пили. С бокалом не церемонюсь, наливаю в кружку из под чая, который выплеснул. Она пахнет чабрецом, кажется — Ритой. На душе пакостно. А ещё преследует навязчивая мысль — все только начинается.

Лето такое жаркое, что в теплом асфальте вязнут каблуки туфель. В коридорах общаги даже в такое время царит полумрак и прохлада. Иду. Прислушиваюсь к гомону, которым полно большое здание. Пахнет едой, на кухне гремят посудой. Когда-то мне казалось, что я привязана к этому месту. Скучать буду. Сейчас ничего этого нет, но все равно грустно. Целая эпоха уходит.

Наша комната битком набита сумками и свертками. Стопками с книгами, которые нужно перевезти. Баулами с зимней одеждой. Лия уже свернула матрас и теперь лежит на голой панцирной сетке закинув ноги на спинку кровати.

— Красота, — мечтательно говорит она. — Свобода. Но печально все равно, да?

— Да, — согласилась я.

Села на стопку книг. Всё это нужно спустить вниз. У Лии никаких проблем — Артём приедет и заберёт. А мне тащить самой.

— Ты точно решила сразу на работу устраиваться?

— Да.

На одной руке мозоль уже — половину барахла я уже отсюда утащила. Спина болит. Сил на поболтать уже не осталось.

— Поехали с нами, — просит Лия. — Хотя бы на три дня. Ну, чего тебе стоит? Представляешь, море, солнце, и мы с тобой такие красивые.

— Солнца мне и тут хватает, — отмахнулась я.

— Ну, почему у вас с Артёмом не выходит подружиться?

В её голосе искреннее огорчение. Ответить бы — потому что я просто пришла и совратила твоего парня. Он не очень то и хотел, отчего особенно гадко. Но остановиться я не могла. Но я молчу. Во первых я обещала. Во вторых… об этом позже.

— Вот вернёшься и мы с тобой погуляем.

— А когда то мечтали квартирку на двоих снимать…

Лия усиленно ностальгирует. Я стряхнула с себя печаль и подхватила стопку книг, на которой сидела. Понесла вниз. Книги, перевязанные бечевкой кренились, и вся эта башня грозила опрокинуться. Повезло — донесла. Скоро дядя Витя приедет и загрузит все это себе в машину, отвезёт маме. Гонять я его по лестнице не могу — у него спина больная. Хорошо, что вообще помочь согласился.

Артём летом гонял на мотоцикле в основном. Когда подъезжал к общаге, снимал свой шлем, у меня сердце обмирало. Сейчас приехал на машине, и правда, вещи же. Меня внизу не заметил, мимо прошёл. Я медленно поднимаюсь по лестнице, лифта в старой пятиэтажке нет, готовлюсь к тому, что увижу. Чужое счастье. Иногда Артём бросает на меня настороженныевзгляды, но Лия их не замечает.