Книга Найду тебя зимой, страница 10 – Лариса Акулова

Когда родилась Майя, мне помогали моя мама, а также Оля. Если бы не они, даже и не знаю, смогла бы я поднять маленького ребёнка. Когда сдавала экзамены, ходила на пары, не спала ночами, именно они сидели с моей дочерью, играли с ней, гуляли, мыли в ванной и пеленали. А уж когда начался период прорезывании зубов, думала, что чокнусь, именно в тот момент на помощь пришла мама Оли, женщина с железной хваткой, которая одним только своим взглядом смогла успокоить Майю, по сути чужого ей ребенка. С тех пор наши семьи дружат, регулярно встречаются и общаются, понимая, что такие связи в жизни очень важны.

Повзрослев, конечно же мы меньше общаемся, каждая занятая своим делом: я разъезжаю по городам и странам и беру интервью; а Ольга, получая заказы на бесконечные новые образы для своих клиентов. Раньше бы я из-за этого волновалась, но теперь чувствую, что так даже лучше — мы не успеваем надоесть друг другу, дружба между нами крепка, как никогдаранее.

К дому Оли подъезжаем через бесконечные полтора часа — меня уже достало так долго быть в дороге, иногда задумываюсь о том, чтобы переехать к ней поближе, но затем смотрю на цены на дома и сразу же передумываю.

— Звони ты, — выпускаю дочку из машины, позволяя ей сделать то, что она обожает делать с самого детства. — Устрой сюрприз крёстной.

Молодая женщина буквально выплывает из-за ворот, вначале не понимая, что происходит. Но видя нас, сразу же расплывается в широкой улыбке. Уверена, в её главе те же мысли, что и у меня: «Сегодня будет замечательный день. Наконец-то мы поболтаем».

Когда Майя наконец-то устает от присутствия взрослых рядом и уходит объедаться наггетсами и смотреть сериалы в гостиную, мы с подругой остаемся наедине — самое время посплетничать. Оля достает бутылку белого вина и вскрывает её штопором, разливает игристое по бокалам, подает один из них мне:

— Ну что, рассказывай.

— О чем это ты? — делаю непонимающий вид, не уверенная в том, что готова сейчас раскрывать душу. Пусть Ольга мне как сестра, бывает то, о чем я и ей не рассказываю. Решиться тяжело, ведь она до сих пор поносит Победина последними словами при каждом удобном случае. Сейчас мне больше всего не хочется выслушивать очередной поток ругани, а ведь Ольгина мастерица материться. — Не понимаю.

Я глазами хлопаю, чтобы подтвердить эту версию. Только вот приятельницу не проведёшь, она знает меня, как облупленную.

— Знаешь, я тебя не отпущу из дома, пока ты не скажешь правду, ну-ка, колись! — Уже более твёрдым и настойчивым голосом приказывает Оля, а затем указывает взглядом на бутылку, — это не последняя в моем доме. Заставлю тебя пить, пока не расскажешь.

Вот дрянь. Она знает, что я плохо переношу алкогольное опьянения, неужели уб-ить меня пытается? Мысль проскакивает, а после я смеюсь — такая глупость. Шуточки у Ольгиной так себе, конечно.

— Ладно, уговорила. Только не жалуйся, что я как-то не так поступила. Предупреждаю тебя сразу, осуждать не стоит, иначе мы поссоримся, — замолкаю на пару минут, собираюсь с мыслями и выпаливаю всё как на духу, — Фёдор вернулся в Москву. И не просто вернулся, теперь он чуть ли не мой босс, представляешь?

Теперь Оля молчит, явно обдумывая то, какими именно словами обозвать этого мужчину.

— Ну, скажи уже хоть что-нибудь.