Книга Найду тебя зимой, страница 46 – Лариса Акулова

— Вот это да, ты не растерял навыков, — тяжело дыша, хвалю Федора.

— То ли еще будет!

Он это говорит, задирая мои ноги повыше, чуть ли не к самому потолку. Кхм, не думала, что все еще обладаю такойгибкостью. Но любые мысли пропадают из головы, как только Федя вставляет мне. «Ох, боже, мое моральное падение того стоило!» — последнее, о чем я думаю.

Тот фейерверк у озера ничто по сравнению с орг-азмом, который я испытываю, безуспешно пытаясь заткнуть себе рот.

— Мы им ничего не скажем, — это первые слова, которые Нина мне говорит после наших увеселений.

— Стесняешься что ли? — справедливо замечаю я, не очень-то довольный таким поворотом событий. — Ну так нечего по сути. И Оля, и Майя уже достаточно взрослые, чтобы понять, почему ты со мной. Что плохого?

— Я сама решу, о чем говорить дочери, а о чем нет. Прекрати в это лезть. Или хочешь испортить все то, чего уже добился? Это так легко сделать, — а потом уже более жалобно, — Федь, будь человеком, позволь хотя бы об отношениях сейчас не думать. Моя бедная голова и так до ужаса пухнет. Прошу!

И смотрит так грустно, что мне моментально становится жаль женщину. Да и общий вид у Нинель тот еще, кажется, я ее сегодня ночью не просто утомил, а по-настоящему заездил: тело ее расцвечено множеством засосов, покрыто испариной, на животе белесые потеки моего семени. Да, думаю, она права, можно и повременить.

Единственное, о чем я сейчас прошу, это позволения остаться в кровати. То ли Ниночка слишком устала, то ли действительно довольна несколькими ор-газ-мами, но она его дает мне легко, а после сразу же засыпает, раскинувшись под одеялом. Укрываю ее поплотнее, чтобы не простудилась от шального сквозняка.

* * *

Будильник звенит ровно в шесть. Именно на это время я его ставлю, чтобы никто не застал меня в чужой спальне. Поднимаюсь тихо и, как мышка, иду в ванную. Намыливаясь гелем для душа с запахом океана, стараюсь смыть с себя такой чудесный общий аромат мой и Нины. Мне бы хотелось его оставить, но не смею, раз бывшая все еще против. Единственная вольность, которую себе разрешаю, это напшикаться женским дезодорантом с запахом клубники и экзотических фруктов. Он тонким ароматом напоминает мне о том, что произошло несколько часов назад.

Спускаюсь на кухню и обнаруживаю там Ольгу. Она, одетая лишь в пижаму и халат, уже сидит за столом с бокалом вина, медленно его попивая.

— А ты, оказывается, ранняя пташка, — замечаю очевидное, залезая в холодильник.

Раз уж встал, то надо приготовить завтрак для девочек.

— Я просто еще не ложилась. Думала тут кое о чем, размышляла, — покачивая бокал в руках, отвечает она лениво. — Например, о тебе.

Ого, такого поворота событий я и не ожидал. Кто бы мог подумать, что я хоть какое-томесто в голове у этой эксцентричной женщины занимаю.

— И что же надумала?

— Ты мне никогда не нравился. Худший пример мужчины: эгоистичный, наглый, глупый. Я так счастлива была, когда вы с Ниночкой расстались, аж выдохнула. Считала, что ей без тебя лучше будет. Но я ошибалась. Оказывается, бывает зло похуже. Да и ты, как вижу, изменился в лучшую сторону, — вещает Оля, доливая кроваво-красную жидкость.

— Хочешь сказать, что ты теперь на моей стороне? — стараюсь не смеяться, интересуясь.

— Именно. И я, и Майя видим, что между вами с Ниной что-то происходит. Моя подрука так давно не улыбалась, а рядом с тобой прямо расцветает. За одно это я готова тебя расцеловать. Но учти, если хоть как-то обидишь ее, то за каждую слезинку расплатишься стократно.