Книга Сдавайся, страница 32 – Наталья Юнина

— Люблю людей, которые общаются сами с собой.Таким и мешать не стоит.

— Лучший собеседник — это я. Да, что-то в этом есть. Кстати, утоли мое любопытство. Как ты собралась ставить меня на колени? С помощью всемогущего папы? — кошка сдохла, хвост облез, кто промолвит, тот и съест. Кошка сдохла, хвост облез, кто промолвит, тот и съест. — А что из себя представляешь ты без своих родителей?

Удивительно, но злость помогает мне справиться с пододеяльником. Я всю свою жизнь скидывала это на маму или папу. А сейчас не испытываю никаких сложностей с вдеванием одеяла. Клянусь, как выберусь отсюда — это будет только моими обязанностями. Даже Саше застелю. Черт, что эта лошадь будет есть в мое отсутствие? Нашла о ком думать. Пусть лошадь сообщит родителям, что я пропала! Пусть и через два дня. Но он ведь фиг сообщит. Только обрадуется, что можно есть фастфуд.

Когда дело доходит до подушек, я отвожу душу. Взбиваю, точнее бью ее так сильно, представляя его морду, что мне становится не только тепло, но и хорошо.

— Ты просто прирожденная хозяйка. Где-то по тебе плачет будущий муж, — молчать! Выпрямляюсь и нехотя к нему поворачиваюсь.

— Я свободна?

— Не совсем. Привезли уже поздно. Не хотел тебе мешать готовить веревку. Держи.

Средство для снятия гель лака. Серьезно? Странно, что при этом не положил нюдовый лак.

— С касторовым маслом. Не сильно повредит.

— Где-то по вам плачет будущая жена.

— Думаешь?

— Однозначно. Где еще найти такого заботливого мужа. Бедняжке несказанно повезет, — нет, ну я конченая. Отрежьте мне кто-нибудь язык.

— Бедняжке? — да, блин!

— Я имела в виду счастливице. Теперь я свободна?

— Да.

— А если да, то почему на двери моей спальни стоит щеколда снаружи, а не внутри?

— Чтобы не совершала глупости. Но, надеюсь, сегодняшний случай стал показательным, и ты поняла, что так делать не нужно. Дверь будет открыта.

— Сладких снов.

— И тебе.

* * *

Сбежать отсюда и вправду не получится. Любая попытка будет только его забавлять. За пределами можно попробовать. А еще лучше выкрасть у кого-нибудь телефон. С этой мыслью я и попадаю в предоставленную мне спальню.

Во время моей вылазки и замены постельного белья, кто-то постарался вернуть на место все простыни. Но это все ерунда, по сравнению с тем, что в спальне точно есть камера. В этот раз мне хватаетпяти минут, чтобы ее найти. Демонстрирую средний палец и тут же принимаюсь избавляться от мерзавки.

Сна, разумеется, ни в одном глазу. Ну и чего даром время терять? Переодеваюсь в сухую одежду и выхожу из спальни без препятствий. Ну, почти. Рядом наматывает круги какой-то крупногабаритный лошара. Он же следует за мной, когда я выхожу на улицу. Тоже, надо сказать, беспрепятственно.

Смотрят на меня, как на умалишенную, когда я иду к теплице. Беру ведро и принимаюсь собирать в него огурцы. Быстрее начнем, быстрее закончим.

Надо отдать должное этой Сабине. В рецепте нет никакого нелюбимого мною «на глаз». Все четко. Даже и не думаю пробовать эту гадость, под названием рассол. И без того пухну как на дрожжах. А есть концентрацию соли, сахара и уксуса — верная дорога к опухшему фейсу. Тем более, когда впереди маячат месячные. Вот об этом даже думать страшно. Если все будет как обычно без брошенных мною таблеток, это капец.

На злости и адреналине не все получается сделать с первого раза. Две банки треснули в духовке. Но это единственные из косяков. Разложив по банкам огурцы с рассолом, припахиваю очередную морду из охраны закрыть сей шедевр. Мужик, имени которого я не знаю, косится на меня, нахмурив свои брови.