Книга Сдавайся, страница 35 – Наталья Юнина

А у этого в арсенале — спокойствие, явно позаимствованное у киллера, наблюдающего, как его жертва захлебывается кровью, патологическая уверенность, рука об руку идущая со вседозволенностью, и тонна наглости. Закрываю глаза не в силах выдержать его насмешливый взгляд.

— Дома нет взрослых. Будьте добры, закройте дверь с той стороны и не тревожьте людей в столь поздний час, — ляпаю первое пришедшее на ум и закрываю шкаф, надеясь, что он не заметил мобильник.

— Тук-тук, — слышу насмешливое и дверь снова открывается. Благо я успеваю перед этим убрать телефон под резинку пижамных шортов. И очень даже вовремя опустить майку. — Знаешь, что означает, когда женщина приходит в спальню к мужчине?

— Ой, да сдался ты мне как ноге пятая собака, — что я только что брякнула? — Я имела в виду собаке пятая нога.

— Так пятая нога — это хорошо. Никогда не знаешь, где одну потеряешь. Вылезай, — протягивает мне руку.

Только сейчас замечаю, что он почти обнажен. Из одежды на нем имеется разве что полотенце, обернутое вокруг талии. Судя по каплям, стекающим по телу, он в спешке вышел из ванной, а значит, этот козел снова за всем наблюдал и в курсе, что у меня его мобильник. Это тупо очередная игра, чтобы вывести меня из себя. И в комнату он ко мне пришел, чтобы заявить о своем приезде, дабы я отреагировала. Он знал, что я приду сюда. Но, скорее всего, не так быстро, поэтому эта педантичная скотина не успел вытереться должным образом.

Когда осознаю, что я снова попалась на его игру, мои инстинкты самосохранения в очередной раз машут мне рукой. Понимаю, что физически мне с ним не справиться, но хотя бы поставить ему синяк, чтобы отвести душу, могу. Сжав руку в кулак, со всей силы бью по протянутой руке.

Вот только и в этот раз ему ноль на массу. Мне больно, а ему хоть бы хны. Хотя, нет. Он смеется!

— Ладно, уговорила. Научу тебя драться, — насмешливо произносит эта сволочь. — Только не сегодня.

Отступает в сторону, давая мне вылезти из шкафа, что я незамедлительно делаю. На сто процентов уверена, что у двери стоитохрана и мне никто не даст уйти с телефоном. Тогда остается только один выход. И пофиг на последствия. Два шага и я тянусь за попавшейся на глаза вазой. Резко хватаю ее и замахиваюсь на ухмыляющуюся сволочь. Однако он успевает увернуться.

— Хм… неожиданно. Слушай, я передумал. Ты мне нравишься.

Очередной замах. И мне удается задеть его ухо. И вот этого он точно не ожидал. На кураже делаю замах снова и снова. Мне четко удается уловить, когда его привычно спокойное состояние меняется на обманчивое с оттенками злости.

Нетрудно догадаться, что через считанные секунды моих почти безуспешных попыток разбить ему хоть что-нибудь, он выхватывает из моих рук вазу, и я оказываюсь на кровати. Не успеваю вскочить, как он прижимается ко мне своим телом и придавливает одной рукой кисти моих рук над головой.

В очередном неконтролируемом желании освободиться, дергаюсь как припадочная, но безрезультатно. Хотя, вру. Результат есть, правда, херовый. Херовый в прямом смысле слова. Мне кажется, только сейчас я понимаю, что такое не дышать.

Еще несколько минут назад я была уверена, что для Крапивина я исключительно игрушка, действиями и реакциями которой он забавляется и скрашивает свою скучную и пресыщенную жизнь. Сейчас же, когда я отчетливо понимаю, что в меня упирается, меня терзают смутные, мать их, сомнения. Только этого мне для полного счастья не хватает. Замираю, закрыв глаза.