Книга После измены, страница 55 – Марика Крамор

Разбираю вещи на автомате. И чувствую себя обманщицей. Потому что я не до конца честна с Йоханом. Мне, должно быть, следует поделиться. Но я боюсь. Кому нужнычужие заботы? Страшно его оттолкнуть этим. Как со стороны будет выглядеть мое признание?

«Отец бывшего жениха мне прохода не даёт. Но ты не волнуйся. Я повода не давала! И вообще держусь отстраненно!»

Или так:

«Тут есть один несостоявшийся родственник. Угрожал сегодня меня в ресторан отвезти. Пообщаться… но ты не переживай! Меня это не интересует!»

Да и к чему это может привести? Мужчину я поставлю этим заявлением в неловкую ситуацию. Что он сможет поделать? Усомниться во мне? Разбираться приедет, находясь в неравных условиях? Что?

Нет, я не намерена скрывать домогательства, если они продолжатся. Просто сейчас это обсуждать явно не к месту, хоть и печёт в груди.

С тяжёлым сердцем ловлю себя на мысли, что нечестна не с Йоханом. А сама с собой. Мне страшно оттолкнуть его, боязно, что он узнает. И это ещё один плюс к нескончаемым сложностям.

****

Паук: «Машина у подъезда. Выходи».

Обречённо блокирую экран, взгляд прилипает к потолку.

Через три минуты телефон снова оживает. Уже звонок.

— Ты и в этот раз спускаться не намерена? — голос его довольный, звучит с ленцой.

— Меня подобное предложение не интересует. Но я могу помочь подыскать вам компанию, чтобы скрасить одинокий вечер.

— Дашенька, — голос в динамике теплеет, становится бархатным, — если бы я хотел другую компанию на вечер, я бы ее нашёл.

— Не боитесь, что я объявлю о домогательствах?

— Фу, какое неприличное слово, — тихо посмеивается. Мужчина ликует, это хорошо передаётся даже по телефону. Только сейчас сражает мысль: ему нравятся эти игры. Если бы он наметил цель поужинать вместе сегодня, он бы её уже достиг. Но он так играет. Разминается… ему нравится тонкое напряжение, скользящее между нами. — Это называется ухаживать. Я ведь говорил, что в твоей жизни нет нормальных мужиков.

— Которые позабыли о своих жёнах. Это хотите сказать?

— А ты меня не стыди. Лучше спускайся.

Я ошибаюсь… или он действительно ни на что, кроме отказа, и не рассчитывал?

— Если вы не прекратите, я вынуждена буду рассказать об этом. И неприятная история станет состоянием гласности.

— Зря ты так, Даша. Я ж от чистого сердца.

— Не звоните мне. И осенний фестиваль тоже без моей фирмы как-нибудь.

— Я тебя услышал. И очень расстроился. Ну что ж… — острые стальные ноткиперерубают остатки моих и без того напряженных нервов, а угроза в голосе заставляет вздрогнуть, — на субботу не советую строить планы. Иначе все же придется их поменять.

— Опа!

Я аж подпрыгиваю от неожиданности.

Дёргано оборачиваюсь и откатываю кресло назад.

— Ты что так подкрадываешься?! — журю Лиду.

— Доброе утро! — подруга оттопыривает два пальца — указательный и средний. — Ты на два часа раньше запланированного времени! — Лида с улыбкой нагибается, облокачивается о стол. С интересом разглядывает монитор с отзывами на санаторий. — Заказ новый? — с сомнением уточняет подруга.

— Маму хочу отправить. А то она недавно упала. Колено повредила.

— Да ты что?! — Лида округляет глаза. — Тут шутки плохи.

Подруга раньше довольно серьезно занималась плаванием, пока в ее жизни не настала чёрная полоса — череда травм. И все прелести поврежденного колена ей знакомы не понаслышке. Слава богу, у мамы ещё не самый страшный случай, но тем не менее!