Книга Бывший. Спасибо, что лгал мне, страница 30 – Элен Ош

Прячусь под импровизированной крышей, мелкими шажочками перебирая в сторону дома. Паша под локоть удерживает.

Быстро провожу чипом, открывая двери и влетаем в теплый подъезд. Перевожу дыхание, скидывая промокший пиджак.

— Слушай, ну я не могу так тебя отпустить. Надо высушить и его, и тебя. Там, глядишь, дождь закончится.

— Я согласен.

Идем к лифту, а я лихорадочно соображаю: правильно ли поступаю, позволив Павлу сделать шаг и переступить черту, входя не только в дом, но и в мою жизнь.

Казалось бы, что тут такого странного. Ну, понравилась ему девушка, пусть и беременная. Но ведь увидел меня впервые, не зная о тайне, которая скрывалась под сердцем.

Я окончательно запуталась, не понимая, что предпринять. Но в первую очередь, повесила просушить пиджак. Поставила чайник и достала из холодильника кейк-попсы для Вики.

— Скажи, а с кем сейчас твоядочь, учитывая, что бабушка ее совсем недавно беседовала со мной?

— С няней, — сидит на табурете, вытирая мокрые волосы полотенцем, и внимательно следит за мной. — И, предупреждая возможный твой вопрос: няне за пятьдесят. Ревновать не стоит.

— Спасибо за откровенность, — ставлю перед ним чашку ароматного чая, когда входная дверь открывается и на пороге возникает Аня.

Вызываю такси, чтобы доставить торт в ресторан к назначенному времени, а сама нет-нет да возвращаюсь мысленно ко вчерашнему дню, когда сестра неожиданно застала Павла у нас дома.

Как нашкодивший подросток, я стояла перед ней и краснела, застигнутая врасплох. Не ожидала, что сестра вернется с работы так рано.

Да, все было прилично. Придраться не к чему, но почему я так засмущалась под взглядом Ани? А она не без искорки в глазах смотрела то на одного, то на другого.

Павел поднялся. Откинул полотенце махровое, которым волосы просушил после дождя, и протянул ей руку:

— Вы Анна, сестра Марии. Очень похожи! Я Павел.

— Адвокат и случайный попутчик в поезде, — добавила она. — Наслышана!

— Даже так, — он перевел взгляд на меня, а я уже не знала, куда глаза девать.

Схватила чистую чашку, заварной чайник в другую руку:

— Аннушка, я налью тебе? Посиди за компанию!

— С удовольствием, только переоденусь и руки помою, — улыбнулась сестра, покидая кухню, а я уже заранее знала, что сулит мне вечер: нескончаемый разговор на тему «А я говорила, что…»

Усаживаюсь в такси, пристраивая рядом на заднем сиденье коробку с тортом, продолжая мысленно барахтаться в воспоминаниях.

Посидели душевно. Анна умело вела разговор, не наглея, но искусно выуживая правду, сопоставляя с теми сведениями, которые подчерпнула о Павле ранее.

Привыкший к дискуссиям, он говорил настолько красиво и легко подбирал слова, что я невольно заслушалась, любуясь Павлом. Что в свою очередь не укрылось от внимательного взгляда сестры.

Но и она в карман за словом не полезла, выдав с ходу:

— Насколько я понимаю, Павел, вы уже в курсе жизненных перипетий Маши. И то, что вас впустили дальше порога, говорит о доверии.

— У Омара Хайяма есть замечательное высказывание по этому поводу, — улыбнулся он. — Если позволите, я процитирую: «Доверие, как бумага, раз помнешь — идеальным оно уже не будет никогда, как не ровняй».

— Точнее и не скажешь, — согласилась Анна. — Самая ценная и хрупкая вещь! Не разбейте окончательно, Павел. Иначе осколков души моей сестры уже не собрать…