Книга Звонкие чувства, страница 19 – Зина Кузнецова

Роза засмотрелась. Ее собственная сумка с пятью толстыми учебниками неприятно тянула плечо.

– Смотри, елочка наша, красавица, стоит, – сказала румяная от мороза мама, выдергивая дочку из мыслей.

Роза кивнула. Огромными хлопьями с неба неторопливо опускался снег. Пока они ходили в магазин, он успел порядком замести тропинку к подъезду. Мама стала пробираться по снегу. Роза, стараясь ставить ноги точь-точь в ее следы, шла сразу за ней. Внутри нее разгоралось раздражение.

Когда они наконец оказались в подъезде, сразу поставили тяжелые пакеты на пол. Мама положила руки на поясницу и потянулась, а Роза потрясла ладони, на которых отпечатались следы от ручек:

– Ну что, потащили? – весело сказала мама, со вздохом наклонилась за пакетами и направилась к лестнице. Лифта в доме не было.

Наконец они добрались. Вспотевшие мама и Роза дотащили пакеты до кухни.

– Чаек, и начнем готовить? – спросила мама.

Роза кивнула, чувствуя, как в груди все больше нарастает злость. Почему они всегда должны упахиваться с самого утра, а мужчины – папа, дядя Виля, – просто приходят и едят? Роза всегда мечтала весь канун Нового года провести отсыпаясь, нанося маски на лицо и смотря новогодние фильмы, а потом, за пару часов до полуночи, надеть красивое платье, приехать в ресторан, где уже есть еда и где красивые люди в красивых платьях произносят тосты, танцуют и не думают о том, что нужно будет потом мыть за всеми посуду.

– Мам, а может, просто оливьесделаем и фильмы посмотрим? – сказала Роза, прерывая мамины размышления о меню на вечер.

Перед ними на столе стояли пустые кружки, из которых они только что с удовольствием выпили чай.

– Ага, а Вилю кто кормить будет? Он придет с дежурства.

– Оливье.

– Ну что это за праздник такой получится! Давай вставай, переодевайся. Сейчас мы с тобой вдвоем быстро управимся.

Роза порывисто встала. Злость и раздражение хотели вылиться на Анну Сергеевну, но она уважала маму больше, чем кого-либо, а еще она знала, что именно мама вчера до ночи проверяла оставшиеся тетрадки, которые нужно будет раздать детям после новогодних каникул, и что мама особенно ужалась в декабре, чтобы купить Розе новый ноутбук, с которым она сможет поехать учиться в другой город.

Пока Роза переодевалась в домашнюю одежду, она уже успела представить будущее, в котором больше никогда не будет ничего готовить для Нового года.

«Только ресторан, только ресторан», – крутилось у нее в голове, пока она нарезала яйца, картошку и колбасу.

Анна Сергеевна, отправив мясо в духовку, погромче включила на телефоне «Let it snow», притянула дочку к себе и звонко расцеловала ее в обе щеки. Роза улыбнулась. А потом, наблюдая за смешно танцующей в переднике мамой, думала: «Неужели ее все устраивает? Неужели ей никогда не хотелось жить иначе? И почему мама вышла замуж за художника? Ведь ясно, что от него не будет толку. Творчеством на жизнь не заработаешь. Бестолковая любовь. Выходить замуж надо за богатого».

На улице уже стало смеркаться, и мама включила старую, еще советскую гирлянду над обеденным столом.

Вмиг вспыхнули красные, желтые, зеленые и синие огоньки. Роза уже года два выпрашивала у мамы одноцветную и более изящную гирлянду, но та сказала, что нет смысла тратить деньги на новую, если и старая еще хорошо работает.