Онлайн книга «Звонкие чувства»
|
Когда вешалка была собрана, Роза отошла на несколько шагов, затем села на пол, довольная своей работой, а потом подумала: «Интересно, всем девушкам иногда хочется выть от своей независимости?» Она задумалась и не обратила внимания на то, как скрипнул пол в коридоре. И вскрикнула, когда кто-то положил руку ей на плечо. – Это я, истеричка, – сказал Митя, присаживаясь на корточки рядом. В руках он держал бутылку колы и коробку, судя по приятному запаху, с теплой и только что приготовленной пиццей. Около его ног вертелся Иммануил. Роза тут же принялась тискать уже подросшего щенка. – Что же ты не предупредил меня, что твой хозяин намерен довести меня до сердечного приступа, – сюсюкала она. – Я довел бы, я бы и откачал, – отозвался Митя. Потом они вместе стали наводить порядок в студии. Пока Роза мыла сервиз, парень вытирал его и расставлял на полках. – Скоро привезут журнальный столик, кресла другие, диван, стулья… В общем, красота будет, – сказала Роза. Она решила не экономить на деталях, чтобы гостям студии хотелось все фотографировать, выкладывать себе в сторис и отмечать студию. – Ты когда успела все выбрать? – спросил Митя, открывая коробку с пиццей. Они устроились на полу напротив окна, а спинами опирались на кресло. – Вместо пар. Прогулов получилось много. Их еще больше будет, когда мебель начнут привозить. Но ничего, выкручусь как-нибудь. В конце концов, я уже на последнем курсе, могу себе позволить. Устала только, хотя это приятная усталость. Роза прикрыла глаза, вздохнула, прожевала кусок пиццы, а потом снова открыла глаза. – Снег, – сказала она. На окнах еще не было штор, а свет они погасили, оставили только торшер. – Что? – Смотри, снег. Огромные хлопья в светеуличного фонаря пролетали мимо окон. – Наконец-то, а то я уже думал, что ноябрь так и не уйдет, – сказал Митя. – Куда он денется… Он должен. Роза устало прикрыла глаза. Сегодня вечером у нее еще две группы. Иммануил сопел рядом. – Я тоже вечером на работу. Роза повернула голову к Мите. – Ты работаешь? Мне казалось, что у тебя такой загруз на учебе, что это нереально. Парень пожал плечами: – Все равно деньги нужны. Так что ничего со мной не будет. – Кем ты устроился? – Санитаром. – Вау. – Решил потихоньку привыкать ко всему этому. – Сложно? Митя нахмурился: – Да как тебе сказать. Нормально! Но по-разному бывает. Роза улыбнулась. «Не жалуется на жизнь», – это было одним из пунктов в ее списке. Они сидели молча, ели пиццу с цыпленком и чесночным соусом, пили колу из горлышка, передавая друг другу бутылку, и смотрели, как постепенно-постепенно белыми хлопьями покрываются крыши домов. Едва слышно все еще играли французские песни в Розином телефоне. – Поется хоть о Новом годе? – спросил Митя, обратив наконец внимание на песню. – Нет, ты что, слышишь слово «Christmas»? – Во французском я вообще слов не слышу. Все как одно какое-то бормотание. – Слова в песне красивые. Пусть и не о Новом годе, но все равно. – Дэма кома жэ ксиставэ… Белиберда какая-то. – Сам ты белиберда, – устало улыбнулась Роза. – Переведи. – Конкретно в припеве, который ты так бесталанно пытался повторить, говорилось примерно следующее: если бы не было тебя, тогда моя душа была бы другой. Вот… – закончила Роза, смутившись. Ладони у нее вспотели, мысли разлетелись. |