Книга Буря, страница 58 – Зина Кузнецова

Доброе утро, прогульщица,

мы с Марком в кофейне напротив.

Приходи.

Осторожно, оглядываясь по сторонам и опасаясь наткнуться на завучей, я выбежала с территории школы и перешла дорогу.

Все старшеклассники почему-то очень любили убивать время и прогуливать уроки именно в нескольких метрах от школы. Кафе это, неприлично маленькое, вмещало в себя только три столика и несколько стульев, и из-за вкусной, свежей выпечки здесь всегда было не протолкнуться.

В тот раз, я помню, крохотное помещение было переполнено старшеклассниками. Обычно так случалось в дни, когда сходилось все: и магнитные бури, и полнолуние, и новолуние, и солнечное затмение, – короче говоря, когда просыпали и опаздывали по каким-то совершенно необъяснимым причинам абсолютно все.

Петя и Марк сидели в дальнем углу. Я кивнула им, подошла к прилавку, чтобы купить булочку, и вдруг увидела аквариум, наполненный симпатичными маленькими коробочками.

– А это что? – спросила я у продавщицы.

– Там внутри пазл с предсказанием. С Восьмого марта остались.

– Сколько стоят?

– Десять рублей.

Я протянула продавщице деньги, взяла творожник, коробочку с предсказанием и подошла к ребятам. Петя хотел встать и уступить мне место, но я остановила его жестом. Это действительно было ни к чему. Тогдаон потянул меня за талию и усадил к себе на колени. Мне было неудобно перед Марком, но тот пил кофе, и, казалось, мое появление его тронуло не больше, чем зубочистка на столике.

– Как дела? – тихо спросил Петя, и его дыхание шевельнуло прядь волос на моей шее.

– Не выспалась, проспала. Можно глотну? – Я отпила из стакана Пети кофе. – А вы почему не на уроке?

– Там сегодня проверочная работа и устный ответ, а я после вчерашнего ничего не учил. Решил, на фиг нужны эти унижения.

– Тоже, – сказал Марк, делая глоток из бумажного стаканчика.

Я слабо улыбнулась и перевернула коробку так, что фрагменты пазла оказались на столе.

– Что это у тебя? – спросил Петя.

– Да так, пазл с предсказанием. Захотелось вдруг собрать.

С пазлом я справилась за пять минут. Все это время мы молчали. Только болтовня ребят за соседними столиками разбавляла тишину.

– «Скоро ты узнаешь, что такое любовь», – прочитала я.

– Прямо сейчас узнаешь, – сказал Петя и нежно убрал прядь волос мне за ухо.

Эта прилюдная нежность почему-то вызвала у меня вспышку раздражения. Чтобы скрыть свои чувства, я спрятала лицо, уткнувшись носом в шею Пети. Его объятия стали крепче. Я почувствовала, как сильно бьется его сердце.

– Так что ты решила с твоим преподом по фотографии? – вдруг спросил Марк.

Я посмотрела на него. Его лицо вдруг показалось мне таким ярким, словно у всех остальных эту яркость понизили.

– Не могу на него смотреть даже. Противно, – ответила я.

– Тебе же нравилось, как он фотографирует, – сказал Петя. – Так перейми у него этот навык. Совсем необязательно при этом на сто процентов уважать учителя.

Я посмотрела на Марка. Почему-то мне казалось, что тот поймет меня. Он мой взгляд заметил. Что-то мелькнуло в его глазах. Я не смогла уловить значение этого чувства, но будто за секунду Марк понял что-то важное и принял какое-то решение.

– Так, ребята, – сказал он, бросая взгляд на наручные часы, – ваше милое свидание надо прервать, иначе мы рискуем проворонить и второй урок. Тортилла, конечно, не такая, как МихНик, но я бы не стал доводить до греха.