Онлайн книга «175 дней на счастье»
|
– Все, больше не буду! – решительно сказала бабушка, утирая слезы. – Что это я нюни распустила при тебе! Еще перестанешь к нам приезжать, скажешь, что на драму ты и в театре можешь посмотреть. Я несмело улыбнулась. – Знаешь, как мы радовались всегда вашему приезду, – продолжила бабушка, собирая со стола чашки, – и гостей полный дом! Смеются все в гостиной, и я тиканья часов не слышу. Смех заглушает… Будто время смилостивилось над нами и дало возможность укрыться в одеяло молодости, даже если и на несколько месяцев, а не навсегда. – Вдруг бабушка застыла, перестала бренчать посудой, повернулась ко мне и сказала проникновенно, как просят волонтеры на благотворительность: – Пожалуйста, Маша, не бросайте нас… Мы так вас любим. Единственные наши родные люди! Ты не подумай, что я, как вампир, хочу высасывать молодость… А то знаю я тебя, романтичная ты моя натура! Просто мы вас любим сильно, а любовьтоже побеждает время. – И я… Мы все тебя и дедушку любим. Даже мама без тебя жить не может, каждый день вспоминает. Бабушка хмыкнула: – Представляю, каким словом. Мы засмеялись. Вот тут и поставлю точку. На созидающем. На смехе. Больше не хочу писать и вспоминать. Август, 17 Я давно заметила, что папа стал плохо выглядеть. Под глазами появились такие большие, выпуклые мешочки, что казалось, будто там точно можно найти пуговичку или конфетку. И хотя папе зимой исполнилось пятьдесят, он держал себя в форме: непременно делал по утрам зарядку, по выходным уезжал в лес на велосипеде и катался не меньше двух часов, не имел вредных привычек (хотя иногда покуривал). Никто никогда не давал ему больше сорока! А сейчас каждый вечер он обязательно выпивает по сто граммов, безвылазно сидит в кабинете, редко ужинает с нами и даже не плавает. Возраст стал отчетливее, будто кто-то протер камеру и навел на него. А сегодня все выяснилось. Пока Алекс с Дмитрием Сергеевичем были на пляже, родители собрали семью в гостиной. – Сейчас у меня есть некоторые проблемы на работе, – объявил папа, – начались проверки. Я не понимала, что в этом страшного.Ну подумаешь, проверки… Так папе и сказала. А он устало прикрыл глаза: – На мне очень большая ответственность, Маша, за весь университет. И ответственность эта в любой момент может стать уголовной. – Что ты такое говоришь! – испугалась мама. – Проверка эта, я думаю, не случайность. Кто в здравом уме будет устраивать ее, когда человек только осваивается на новом месте? А вот проверить того, кто покидает пост, – мысль умная, но она никому в голову не пришла. – Думаешь, – спросил дедушка, – кто-то пытается убрать тебя с поста? – Да черт его знает… Ну да ладно! – Папа весь подтянулся и улыбнулся нам устало. – Прорвемся как-то. Я просто предупредил вас, чтобы вы понимали, почему я такой загруженный. Мне очень неспокойно. 17:30. За ужином Алекс держит себя со мной так, словно я его младшая сестра. Я понимаю, что конспирация, но сердце сжимается. Все эти игры в равнодушие хороши, когда через минуту в ласковой улыбке или в теплоте взгляда улавливаешь любовь, а он и не смотрит на меня. Будто стоит мне исчезнуть из его поля зрения, как он забывает обо мне. 21:30. Вечером Таня зашла ко мне в комнату с теплым молоком. Я расчесывала волосы у туалетного столика, а она сидела на моей кровати и болтала ногами – я видела ее отражение в зеркале. |