Книга 175 дней на счастье, страница 44 – Зина Кузнецова

– Я помню. Я тоже ради него в драку полезла бы. А полез бы кто за мной, кроме Фили?

– А как же те ребята, с которыми ты общалась раньше? Я вот помню, ты постоянно Жоржа какого-то упоминала.

– О, этот за меня точно драться бы не стал. Никто, наверное, не стал бы…

– Я бы полезла! – воинственно и даже обиженно сказала тетя Таня.

Леля взглянула на нее и слабо улыбнулась.

– Ладно, пойдем мы с Филей гулять! – сказала она полчаса спустя, решительно ставя опустевшую чашку на стол.

На улице было по-утреннему свежо и морозно. Леля наступила в небольшую лужицу, лед хрустнул.

– Ну что, поплетемся? – спросила Леля у Фили и направилась в сторону набережной, взволнованная мыслью, что может встретить Илью.

Филя шел, медленно перебирая лапами, и постоянно вздыхал. Леля впервые отчетливо поняла, что ее дорогой друг сильно постарел. В груди что-то болезненно сжалось, и сердце вдруг накрыло большой, неудержимой любовью. Леля присела на корточки рядом с Филей, взяла его морду в руки и заглянула в уставшие, но преданно смотревшие подслеповатые глаза.

– Ну что с тобой, хороший мой? Плохо тебе? – Филя тяжело вздохнул. – Ты держись, возраст солидный, но мужчинам он очень к лицу.

Леля подумала, что Филя может однажды исчезнуть навсегда. И вдруг снова ощутила это нескончаемо страшное чувство, будто вот-вот должна затрястись земля. И Леля провалится. Вот-вот, сейчас!.. В ушах бил пульс, все звуки обострились. Яркие солнечные лучи резали глаза. Леля крепко обняла Филю, только бы защитить его, удержать, не отдать этой пропасти, от которой не спастись. Вдруг она увидела перед собой чьи-то ноги и подняла глаза.

– Привет жаворонкам, – сказал Илья добродушно.

Леля встала:

– Жаворонок здесь только он, – она кивнула на Филю, – я сегодня по ошибке проснулась раньше полудня.

Илья посмотрел на собаку и аккуратно погладил Филю по макушке.

– А ты что здесь забыл в десять утра в субботу? – спросила Леля бодрее и развязнее, чем чувствовала себя на самом деле. Она была смущена вчерашним разговором в раздевалке и тем, что ей очень нравилось на него смотреть.

– Всегда так встаю, бегаю по утрам.

Леля только сейчас заметила, что на Илье теплый спортивныйкостюм и кроссовки.

– Ну беги тогда!

Илья обошел Лелю и сказал:

– А ты в пьесе-то в итоге участвуешь?

– Думаю еще, – Леля прищурилась и с интересом посмотрела на Илью. – А кого ты играешь?

– Министра-администратора.

Как жалко! Не Медведя. А если бы все же главным героем был Илья, захотелось бы Леле принять участие в спектакле?

Илья махнул ей на прощание и побежал дальше по набережной.

После прогулки Леля зашла на кухню, где папа пил кофе.

– Я Филю выгуляла, – сказала она.

Папа кивнул. После сна он всегда был похож на нахохлившуюся сову.

– А еще вчера мама написала, что скоро приедет к нам, увидеться хочет.

Кивок.

Леля поджала губы и нерешительно огляделась. Солнце вдохновило ее на то, чтобы сделать шаг навстречу отцу и предложить посмотреть фильм или вместе выгулять Филю вечером, зайдя за кофе, но угрюмость Андрея Петровича подействовала на нее как ведро холодной воды. Нет, наверняка он откажется, скажет, что у него много работы.

Леля выпила чашку чая и ушла к себе. Весь день она читала пьесу, а перевернув последнюю страницу, почувствовала приятную опустошенность, будто трудилась много часов и наконец может полюбоваться результатом своего труда. Но ведь нет никакого результата труда. Чем ей любоваться? А все-таки приятно, хорошо на душе. Будто весна.