Онлайн книга «Дочь для миллионера. Подари мне счастье»
|
В общем, грядущая беседа не сулит мне ничего хорошего. – Мне грустно это говорить. Но вы меня очень разочаровали, Эва Владимировна. – Чем же, Евгений Владленович? – я спрашиваю с притворным равнодушием и прячу ладони за спиной, чтобы незаметно вонзить ногти в кожу. – Отношением к рабочим обязанностям, милочка. Я думал, вы сюда устраивались, чтобы карьеру строить. А вы с нашими спортсменами шашни крутите. Сначала Тарасов, потом Багров, дальше кто? – Я не… – И слышать не хочу ваши оправдания. Нам с вами, пожалуй, не по пути. Зайдите в бухгалтерию за расчетом. Бергер сухо высекает безжалостные дежурные фразы, а я не могу поверить собственным ушам и не могу сдержать тихие обидные слезы. Глава 18 Данил Сегодня важный день – день перед матчем. А значит, нужно сконцентрироваться и выбросить из головы все лишнее. – Соперник, скорее всего, пойдет по схеме 3-5-2. Будет прессинговать и максимально задействовать фланги. Если забьет в первой половине, с большим процентом вероятности сядет в глухую оборону. Так что настраиваемся на игру на высоких скоростях и яростные контратаки. Денисыч сопровождает свою речь бурной жестикуляцией, и в заключение рисует на доске кружочки, крестики, линии, обозначающие расстановку и варианты передвижения футболистов противника. Парни слушают его, широко раскрыв рты, задают уточняющие вопросы. Я же присутствую только формально. На самом деле мыслями витаю далеко отсюда. Вчера мы не увиделись с Эвой. Она сослалась на головную боль и на то, что хочет лечь пораньше, и попросила не приезжать. Я решил на нее не давить и дать достаточно пространства, в итоге полвечера лез на стенку. – Багров, ты в порядке? – Вепрев окликает меня после разбора, когда мы остаемся в тренерской вдвоем. Изучает внимательно, хмурится и явно не верит моему флегматичному. – Да. – Выглядишь паршиво. – Спал так же. – Мне стоит беспокоиться о твоем состоянии? – Нет. Завтра отработаю на сто процентов и даже больше. – Звучит оптимистично, но после тактического занятия заскочи к врачам. Пусть тебя посмотрят. Киваю и через полтора часа на всех парах мчу к реабилитационному кабинету, только разочаровываюсь сразу же, как переступаю через порог. Стол Вороновой пустует – компьютер выключен, папки аккуратной стопочкой сложены на углу. Зато Тимофеева на боевом посту. Я сглатываю жгучее разочарование и зачем-то уточняю. – А где Эва? – На выходном, – поправив тугую косу, нехотя отвечает Надежда и, повернувшись в крутящемся кресле, кокетливо закидывает нога на ногу. – Может, я могу ее заменить? – Не можешь. Рявкаю грубее, чем рассчитывал, и вылетаю в коридор та же стремительно, как ворвался в эту обитель Гиппократа. Что-то себе нафантазировавшей и принявшейся со мной флиртовать Тимофеевой я определенно предпочитаю Петровского. – Здравствуйте, Алексей Романыч. Я к вам… – От Вепрева. Знаю. Он уже позвонил. Располагайся. Главврач кивает в сторону кушетки, а потом производит стандартный осмотр. Температура, пульс, реакция зрачков и прочая дребедень. – Давление в норме. Частотасердечных сокращений, в общем-то, тоже. На что жалуешься, чемпион? – Ни на что. – А Денисыч говорит, страдаешь бессонницей. – Не страдаю. – Данил, давай ты не будешь играть в героя. Если что-то беспокоит, самое время со мной поделиться. – Эва беспокоит. Вчера на здоровье жаловалась, сегодня отгул взяла. Ничего вам не говорила? |