Книга Дочь для миллионера. Подари мне счастье, страница 77 – Алекса Гранд

Затем гимн, которому вторят поднявшиеся трибуны и обе команды в полном составе. Рукопожатия между футболистами и судьями. Жеребьевка.

– Орел, – произношу я первым.

– Решка, – пожимает плечами капитан соперников, которому ничего другого не остается.

Арбитр подбрасывает монетку, я задерживаю дыхание, пока она взлетает высоко в воздух и падает на тыльную сторону ладони рефери, и понимаю, что… проиграл. Сочинцам достается право выбрать ворота, нам – право первыми нанести удар.

Это кажется мне плохим знаком, но я тут же отмахиваюсь от дурных мыслей и стараюсь сохранять позитивный настрой.

С приклеенной улыбкой я возвращаюсь к своим парням. Вместе с ними позирую штатному фотографу. И прошу одноклубников ненадолго собраться в круг.

– Мужики, не самый сильный соперник, но расслабляться нельзя. До выхода в финал Кубка пара шагов. Поднажмем?

– Да-а-а!

– Давай-давай-да-ва-а-ай!

Раздается отовсюду воинственно-оптимистичное, и меня от такого единства захлестывает азартом. Волнение постепенно стихает, а на смену ему приходит предельная концентрация и решимость. Хочется не только заполучить трофей сезона, но и впечатлить моих девчонок.

Ксюшу, наблюдающую за мной с трибун вместе с Эвиной сестрой.

И саму Эву, застывшую у кромки.

Думаю об этом, когда оттягиваюсь в сторону ворот противника. Помню об этом, когда раздается звучный начальный свисток и замершие фигуры приходят в движение. Не забываю об этом, когда через все поле ко мне летит мяч. Правда, как следует обработать его не успеваю.

Едва отдаю пас, как в меня врезается игрок под номером двенадцать и сшибает с ног. Из легких разом выдавливает весь воздух, и я с трудом восстанавливаю дыхание и не спешу подниматься с колен, хоть судья и не останавливает игру.

И это всего лишь первая минута.А ощущение такое, словно по мне проехались на танке.

За следующие пятнадцать минут меня валяют по полю раз десять. Толчок в спину. Удар в бок. Подкат. Подкат. Еще раз подкат.

Происходящее все больше напоминает мне не футбольное противостояние, а самое настоящее силовое регби. Но я не жалуюсь и не пытаюсь оспаривать решения рефери. Я поднимаюсь раз за разом, отряхиваюсь и выжидаю удачного момента, который случается на семнадцатой минуте. Мы зарабатываем долгожданный угловой.

Киселев идет подавать. Платонов после касания Казакова удачно переводит на фланг. Я перестраиваюсь и пробиваю.

– Го-о-ол!

Взрывается стадион слаженным хором. Болельщики подскакивают со своих мест и энергично трясут флагами, шарфами, футболками. Комментатор надрывается на своей позиции. Я же вскидываю руку вверх и торжествующе подмигиваю Глебу.

Только радуюсь рано. Арбитр останавливает игру и отправляет момент на пересмотр. Прикипает к монитору на целую вечность, едва ли не прочерчивает носом стеклянную поверхность, перематывает отрезок раз за разом и после продолжительной паузы выносит вердикт.

– После видеопросмотра решение изменено. Номер восемнадцать действовал из положения вне игры. Решение – офсайд.

Разочарование прокатывается по венам вместе с недовольным ревом фанатов, но я стараюсь как можно скорее выбросить из головы этот эпизод. Нет времени рефлексировать и психовать из-за того, на что не можешь повлиять. Нужно двигаться вперед.

И я двигаюсь. Стараюсь максимально отрабатывать в нападении. Возвращаюсь в защиту. И на тридцать второй минуте оказываюсь перед дилеммой. Справа открывается Казаков, слева готовится прорываться Платонов.