Книга Неистовые. Меж трёх огней, страница 136 – Алиса Перова

Может, я, конечно и неправ… но как в столь нежном возрасте возможно достичь такой степени стервозности? А ведь мне казалось, что мы немного дружили…

— Риммочка, какой чудесный сюрприз! — нежно порыкиваю в трубку и даже сам слышу, насколько далёк я от чудес.

— Я звоню тебе третий раз, — ледяным тоном реагирует Римма, как обычно, минуя приветствие.

— Прости, но некоторое время я был вне зоны…

— Не ври, ты игнорировал мои звонки, — жестко припечатывает эта фурия, не давая мне возможности объяснить, что мой мобильник находился в зоне без меня.

— Клянусь, я бы не посмел! Просто…

— Ты забыл, что от тебя требовалось? — резко перебила она.

— Да, помню я все, и завтра подлечу с паспортом, куда скажешь. Я ж только сегодня вернулся… Ну послушай, ясноокая, я ведь тоже переживал, что так вышло.

— Вот именно — ты это пережЕвал! Пережевал и выплюнул.

— Ух, как тонко подмечено! Но не про меня. Ну хватит уже ругаться… вещай, моя холодная и прекрасная, сейчас я весь с тобой и для тебя.

— Всего себя можешь оставить себе, — пренебрежительно фыркнула холодная и прекрасная. — И поменьше пафоса, клоун.

— Фу, как грубо! Милая, я вовсе не пафосный, а вежливый и внимательный парень. Знаешь, говорят, что иногда даже маленькие знаки внимания — это путь к большой дружбе. А ведь никогда не знаешь, где найдёшь, а где потеряешь. Поэтому, пожалуйста, будь со мной нежной, солныш…

Но половинка солнышка застряла поперёк глотки, когда мой взгляд упёрся в невесть когда возникшую и отчего-то очень недовольно прищуренную Сонечку. Вот на хрена так подкрадываться? Но, главное, смотрит на меня так, будто я реально где-то проштрафился. Терпеть не могу такие ситуации, потому что начинаю нервничать. И теперь я с раздражением осознаю, что выпал из разговора. Спешу вернуться, но поздно.

— …Надеюсь, Гена, это ты понимаешь? — звучит из мобильника.

— Да! — подтвердиля без зазрения совести и осторожно спросил: — Риммочка, голубушка, а не могла бы ты для более полного понимания повторить ещё раз?

Тишина в трубке стала зловещей. Я аж скукожился от напряжения. Да так и не раскукожился, когда в ухо отчеканил приказ:

— Завтра. В девять. В «СОК-строе».

— А-а… — квакнул я в бездушный мобильник, но по ту сторону меня уже не услышали. — Да задрать ваш Париж!

Ну что за народ эти бабы?! Пытаешься с ними по-человечески — ни хрена не понимают. Похоже, только за холку трепать надо. Всё, отныне с бешеными овчарками только на их языке. А не получится с Парижем — и хер с ним! Тем более, что дрессировать зажравшихся мажорчиков я не обучен. А то ж слегка переусердствую — так мне его мамаша мигом мозги поджарит. А оно мне надо? Но в офис заеду, конечно, послушаю.

Я шваркнул телефон на стол, перевёл взгляд на Сонечку и рявкнул на волне азарта:

— Что не так?

Она посмотрела на меня, как на идиота, пожала плечами и совершенно спокойно ответила:

— Мне показалось, что это у тебя что-то не так.

— Геныч, проблемы? — поинтересовался Жека, подсаживаясь ближе. — Только не говори, что всё обломалось.

— Завтра у хозяйки Парижа всё выясню. Но если и сорвётся — не велика беда. Хоть не придётся переживать, на кого ж я родину оставлю.

— Могу поприсутствовать, — вызвался Жека, но я отрицательно покачал головой.

Как будет — так и замечательно! Но беспокойство друга мне, конечно, понятно — он-то уже большую развлекательную программу для нас придумал. А с другой стороны, что мне мешает рвануть в Париж самостоятельно? Возьму с собой… да вот хоть бы Сонечку на зависть всем тамошним мадемуазелям.