Книга Неистовые. Меж трёх огней, страница 96 – Алиса Перова

Наверняка наше гостеприимное гнёздышко уже перестало казаться ей безопасным. Но с чего Айка так завелась? И когда она успела узнать о вчерашнем происшествии? Я с подозрением покосилась на Гену.

— Т-ты всё растрепал? — прошипела я тихо, а у него округлились глаза.

— Кто — я?! Ты совсем, что ль? — он постучал костяшками пальцев себе по лбу. — Я вообще подумал, что у них тут дружеский спарринг.

Но ситуацию прояснила Айка:

— Нет, твой сердечный друг Вячеслав сам покаялся, будучи уверенным, что я уже в теме. И теперь я очень жажду подробностей, — процедила она, пнув упомянутого друга в зад. — Он, вроде как, откупиться пришёл.

— Да вы совсем охерели, уроды! — взревел Славик, поднимаясь на ноги и отплёвываясь. Нос и губы в крови, на лбу ссадина, штаны в клочья… и что я в этом ничтожестве нашла?

— Слышь, оползень, ты бы лучше захлопнул своё невежественное забрало, — добродушно посоветовал Гена. — Здесь всё же дамы.

— Дамы? — Слава окинул нас диким взглядом. — Я по-хорошему пришёл… как к нормальнымлюдям! Думал, сгладим недоразумение… Я ж Стефанию пальцем не тронул!..

— И в этом твоё счастье, — уже совершенно спокойным тоном пояснила Айка и, наклонившись, подобрала с земли его мобильник. — Потому что в противном случае твой никчемный палец сейчас доедали бы собаки.

Слава дёрнулся и прикрыл руками пах, а Геныч оптимистично провозгласил:

— Отсюда мораль: не вреди, да невредимым будешь! Усёк? Это такой сверхскоростной облегчённый бумеранг. Но ты не кисни, дурашка, не стоит так убиваться. Придёт новый день, а с ним и новые неприятности. Надеюсь, ты ж понимаешь, что все твои ходы у нас записаны?

Слава не ответил и перевёл хмурый взгляд на Айку.

— Телефон верни… те, — просипел он и протянул к ней руку, но сестра отступила и хищно улыбнулась.

— Ты ведь ещё не расплатился, так что давай-ка диктуй свой пароль.

Что?! Ушам своим не верю — она серьёзно собралась брать с него деньги? Зачем? Я недоверчиво посмотрела на Айку, но, встретив мой взгляд, она скомандовала:

— Стеш, диктуй бегом реквизиты своего хвостатого питомника, у нас объявился щедрый спонсор.

— О! А можно я тоже дам реквизиты? — обрадовался Гена. — Там совсем маленькой девочке… э-э… забыл как зовут… короче, ей на операцию не хватает, — и в ответ на негодующий возглас Славы протрубил: — А ты что, принципиально против детей и животных?!

А я уже не слышу ответ, потому что смотрю на Гену… на его мощную шею, плечи, огромные бицепсы… и совсем некстати вспоминаю свой сегодняшний сон. Я безуспешно пытаюсь стряхнуть этот морок и представить красивое лицо Феликса, но тщетно, перед мысленным взором совсем другой мужчина — его обнажённое тело и его руки… на мне, во мне… везде. И к собственному стыду я очень хочу, чтобы этот сон стал вещим.

— Стеш, ты уснула? Реквизиты!

Я почувствовала, как вспыхнули щеки, будто за моими мыслями могли подсмотреть, и в этот момент калитка, лязгнув, распахнулась и явила нам Женю.

— Геныч, твоим вокалом можно рыбу глушить! Я тебя ещё за километр услышал. Ух, ни хрена себе! — он, наконец, заметил потрёпанного Славу: — А этот фуфел что тут забыл? А-а… Натаха моя где? Она ещё здесь, надеюсь?

Теперь нам с Наташей не до еды. Голодные и взвинченные до предела, мы уносимся всё дальше от дома. Ну как уносимся… со скоростью гружёной телеги — аж нервы не выдерживают. Но я терпеливо помалкиваю — не с моим опытом критиковать её вождение. Главное, что едем. У меня уважительная причина для побега — экзамен, на который я безнадёжно опаздываю. У Наташи тоже есть повод — она везёт меня, хотя на самом деле удирает от объяснений с братом. По-моему, зря… но это точно не моё дело, мне и без того есть о чём подумать.