Книга Клятва, страница 111 – Дарья Белова

— Марта, — тянет ко мне руку, на которую смотрю с холодом.

— Я хочу побыть одна.

Ухожу, ни разу не обернувшись. Не так, как я делала это два года назад в Абу-Даби, постоянно ища глазами Алекса. Каждый мой шаг в неизвестность уверенный.

На следующий день интернет взрывается выложенными скринами с перепиской Алекса с менеджером, редактором журналов, директорами брендов и рекламных кампаний, в которых я была «лицом». В сеть попадает всё-всё наше грязное белье, и я чувствую на себе его вонь.

Идеальный план Алекса Эдера провалился.

А через час я покупаю билеты на самолет и улетаю.

*Instagram принадлежит компании Meta, признанной экстремистской организацией и запрещенной в РФ.

— Да? — отвечаю через силу.

— Привет, — от тона моей подруги Тани забываю, как дышать. Мы не виделись долгое время и почти не общались. Все, связанное с ней, Италией, гонками, я заколотила наглухо и не горю желанием открыть сундук со старыми, покрытыми пылью чувствами.

— Рада слышать. Как у вас дела? — я вру и притворяюсь.

Долгую минуту тянется зыбкая тишина.

— У Майка день рождения. Мы бы хотели видеть тебя в поместье. Что скажешь? Все расходы на билеты и прочее берем на себя.

Пожалуйста! Умоляю, не надо. Зачем эти бесполезные попытки вновь столкнуть меня лбом с Эдером? Он же будет там. Я уверена в этом, как и в том, что завтра он станет победителем Гран-при.

— Спасибо за приглашение, но у меня неотложная съемка.

Смотрю на потолок своей новой квартиры, где едва обретенное счастье фальшиво заиграло. С потолка капало. Желтое пятно растекалось по белому полотну, вызывая чувство апатии и собственной никчемности.

— Жаль. Мы бы хотели тебя видеть. Мы все.

Голова разболелась от звонка, и, бросив блеклое «прости», берусь за тряпку, чтобы оттереть старые пятна с подоконника.

(из воспоминаний Марты)

Мой самолет приземляется в Риме в три часа дня по местному времени. Здесь уже давно нет такой изнуряющей жары, как летом или в начале осени, поэтому сбрасываю с себя легкую ветровку и мечтаю окунуться в прохладную ванну.

Таня стоит так, что ее не сразу и заметишь в толпе встречающих. Да и обижена она чертовски. Подруга из меня так себе, в отличие от нее.

— Привет, — подхожу первой и устало улыбаюсь. Длительный перелет, постоянные мысли об Алексе и извечный вопрос: что делать дальше.

Думаю о том, что Таня вправе оттолкнуть меня. Она вполне может сказать о своих чувствах, вызвать такси и уехать… Где она там живет со своим Марино?

— Ну привет, — говорит тихо. — Ты написала внезапно, иначе бы я точно заказала ковровую дорожку, фанфары и нарисовала приветственную табличку.

Таня скрещивает руки под грудью, и я замечаю округлившийся животик. Что-то в груди колет, а во рту трескается от сухости. Я готова проглотить язык.

— Ты… Ты беременна. Уау!

— Если бы не перестала со мной общаться, то узнала бы еще четыре месяца назад.

Ручная кладь падает из моих рук, и у меня образуется жжение в ладонях отжелания обнять подругу. Я скучала и сейчас виню себя, за мой эгоизм, что встрял между нами, как заноза.

— Прости меня, — обнимаю, сильно кусая нижнюю губу. Хочется заплакать.

Сразу вспоминаются совместные вечера, когда мы только-только переехали в Италию. Таня работала в какой-то вшивой газетенке, я бегала по агентствам в поисках работы. У нас почти не было денег, мы едва сводили концы с концами, но каждую пятницу мы непременно ходили за кофейной гранитой. Тогда я знала, кто такой Майк Марино, но совсем не знала Алекса Эдера…