Книга Клятва, страница 13 – Дарья Белова

Мир финансистов угрюм. Есть мнение, что они даже не могут без ошибок написать слово «юмор». А анекдот или шутка будут восприняты ими как признак неадекватности и дурости.

— Если я оставлю тебя дольше, чем на десять минут, разрешаю обидеться. — Его губы трогает едва заметная ухмылка.

— Я не обидчива, — поведя плечом, забираю бокал с шампанским, любезно предложенный официантом на входе.

— За это я тебя и ценю.

Ценю… В этом мире нет места и для любви. Мне подходит.

Скучный вечер скрашивает только шампанское, которое забираю с подноса официанта, стоит моему бокалу опустеть, и наблюдаю за Стефаном издалека. Конечно, он оставил меня одну больше, чем на десять минут, и я была к этому готова.

Но, может, это и к лучшему. Разговоры о финансах нагоняют тоску, а Стеф здесь явно по делу, пусть и мероприятие носит нерабочий характер. Америка!

— Марта, позволь представить тебе моего друга.

Вскидываю подбородок, потому что мужчина высок. В голову ударило. Шампанское грешно тем, что от него пьянеешь в неожиданный момент. Резко.

— Оченьприятно, — протягиваю руку.

Как зовут мужчину? Я не расслышала. Тот понял по тому, как я прищурилась и смутилась.

— Тристан, — на его щеках образуются полукруглые складки, когда он улыбается.

Финансист и такой? На первый взгляд полная противоположность Эвансу.

— Марта.

— Приятно. Стефан о Вас много рассказывал.

— Боюсь представить, что именно.

— Лишь самое лучшее.

Мы обмениваемся любезностями, пока Стеф стоит рядом.

Глаза его друга напоминают мне темно-зеленое стекло бутылки. Хочется смотреть сквозь нее, но не исчезает ощущение обмана и искажения действительности.

Такое всегда и случается, когда смотришь через стекло на мир вокруг.

Тристан быстро проводит языком по своим губам, как облизывается, и я спешу отвернуться. Его жест, случайный или нет, выглядел интимно. Взгляд хмельной, липкий и неправильный для человека, только-только представившегося и названного другом моего мужчины.

Получается некий флирт. Или я стала видеть его там, где флирта нет и в помине. В моем мире он навязчив, приставуч, словно фруктовая жвачка, и надоедлив. Я всегда пресекала такое общение.

Но сейчас нехотя позволяю Тристану открыто бродить взглядом по моей груди. Здесь я чужая, и будто бы страшно повести себя не так, как ожидают.

Успокаивает горячая ладонь Стефана на моей пояснице. Как закончится вечер, обязательно спрошу своего мужчину, что творит его друг.

Но Стеф, получается, совсем не ревнует? Ни капельки? Или слегка ослеп от количества цифр перед глазами? Не буду удивлена, если корнем всех проблем в эту минуту — противное шампанское. Оно нашептывает, что ревновать сейчас — самое правильное и логичное.

А я ненавижу ревность — самое губительное из возможных чувств.

Из посольства выходим спустя полчаса.

— Ты так понравилась Тристану, — уже в такси говорит Стеф.

Воздух в салоне ложится на мою кожу прохладой.

— Он тоже ничего, но…

Говорить? Смолчать? Кто же знает, последняя ли это встреча с неким другом?

— Но он облапал меня взглядом, — коротко усмехнувшись, продолжаю.

Вдруг за собой явственно ощущаю тень вины. Бр-р-р! А если Тристан ничего не имел в виду, и я все надумала?

— Это тебя смутило?

— Ну… Как бы…

Ладонь Стефана на моем колене. Решаю, что это своеобразный акт поддержки. Такие разговоры для нас редкость.Мне неуютно со всех сторон.