Книга Игра в недоступность, страница 19 – Моника Мерфи

– Вот же она. Позволь, я разложу остальные, а потом сделаю замену.

– Конечно, отлично.

Я-то думала, он пойдет к кассе и будет дожидаться меня там, но он этого не делает. Так и стоит позади меня, наблюдая, как я раскладываю калькуляторы. Мне на мгновение кажется, что я прямо-таки чувствую, как пристально он следит за каждым моим движением, и меня это смущает. Разумеется, я роняю один из калькуляторов, и он с грохотом падает на пол.

Нокс поспешно поднимает его и протягивает мне, а я стою вся красная, как идиотка.

– Извини. – Господи, я готова врезать самой себе.

– Ничего, бывает, – безмятежно откликается он.

– Спасибо. – Я беру калькулятор и ненавижу себя за то, что от прикосновения пальцев Нокса меня окатывает чистым электричеством. Я даже не понимаю толком, как это произошло, почему мы вдруг коснулись друг друга, но каким-то образом коснулись, и мое тело тут же отреагировало. Как странно.

Со мной, кажется, никогда такого не случалось. Наверное, во всем виновато звездное притяжение Нокса. Он затягивает людей на свою орбиту – даже тех, кому совершенно не хочется там оказаться.

Как мне, например.

– Ты вчера повеселилась «У Логана»? – спрашивает вдруг он ни с того ни с сего.

Ох. Странно, что он вообще захотел поговорить со мной об этом.

– Если не считать, что мне пришлось побороться за стул с каким-то парнем, да. Я хорошо провела время.

Вру, конечно. Я выпила один коктейль, и мне ужасно захотелось домой. Мысленно я пообещала себе никогда не возвращаться в бар «У Логана». Осталась я только ради Натали – и еще потому, что не хотела возвращаться в одиночку. Притворялась, будто все отлично, нацепила улыбочку и сжимала бокал «Спрайта», а всем, кто спрашивал, говорила, что пью водку с содовой.

Тем, кто напивается в барах, трезвые не слишком нравятся, так что я научилась притворяться, будто пью и хмелею вместе с остальными.

– Ха, отлично. – Он улыбается, и улыбка у него… ого. На мгновение я застываю, пораженная тем, как преображается его лицо. Оно все будто светится, зеленоватые глаза сверкают. А еще у Нокса хорошие зубы. И губы красивые. Острые скулы, квадратная челюсть. Нос идеального размера, очень пропорциональный. Густые брови и длинные ресницы, и, вот же, срань господня, я пялюсь на него, как какая-то похотливая групи.

Моргнув, я поспешно отворачиваюсь, кладу на полку последний оставшийся калькулятор и направляюсь к кассе. Нокс идет рядом, но шаги у него большие, так что он постоянно оказывается слегка впереди, и мне приходится его нагонять.

– Боюсь, этот калькулятор еще дороже, – говорю я, встав за прилавок и пробивая покупку.

– Понятное дело. Ничего страшного. – Он кладет на прилавок купленный накануне калькулятор и чек.

Я оформляю возврат, пробиваю чек, считаю разницу в сумме и пытаюсь работать как можно эффективнее под пристальным взглядом Нокса. Все совсем не так, как вчера, когда он копался в телефоне, тут же позабыв обо мне.

Честно говоря, даже не знаю, что хуже.

– Вот так, – протягиваю ему новый чек, и он ставит подпись внизу. – Надеюсь, этот калькулятор подойдет.

– Я тоже надеюсь. Такое ощущение, что препод меня просто за нос водит. – Нокс все еще улыбается, и я стараюсь не смотреть ему в лицо, опасаясь попасть под очарование его чудесной улыбки.

А то вдруг скажу какую-нибудь глупость, например, «давай пообжимаемся». Вот неловко будет.