Книга Игра в недоступность, страница 52 – Моника Мерфи

И снова соединяемся.

Нокс невероятно крупный и сильный. А еще, богом клянусь, он пахнет приятнее всех людей на планете.

Он зарывается пальцами мне в волосы, тянет за пряди, язык глубоко скользит мне в рот. Я прижимаюсь к нему грудью, отчаянно желая быть ближе. Мне нужно нечто большее, но я не могу об этом попросить, потому что в конечном счете…

Мы просто целуемся. И все.

Хотя таких чудесных поцелуев в моей жизни еще не было.

Такое ощущение, что все это продолжается несколько часов. Непрерывная череда поцелуев и объятий, как будто мы – подростки на заднем сиденье отцовской машины, которым невтерпеж выплеснуть накопившуюся страсть, зная, что другого шанса не будет. В поцелуях Нокса тоже сквозит отчаяние. Он будто переживает, что это единственная его возможность, а потому хочет насытиться по максимуму.

Наконец, мы отстраняемся друг от друга, тяжело, почти лихорадочно дыша. Мысли мои путаются, но все они – исключительно о Ноксе. Губы и челюсть болят от поцелуев, а когда я наконец набираюсь храбрости посмотреть ему в глаза, оказывается, что он уже неотрывно смотрит на меня.

– Я не собирался этого делать, – признается он, и голос его звучит хрипло. На мгновение он колеблется, и сердце у меня уходит в пятки. – Но я не жалею о том, что случилось.

Сердце мое снова устремляется из груди, и я мысленно приказываю себе успокоиться. Надо сказать Ноксу, что я,в отличие от него, жалею. И повториться подобное не может. Что случившееся совершенно непрофессионально, я могу потерять работу. Что я пошла наперекор собственным принципам и этике, предписывающей репетитору вести себя должным образом. Что для меня это полный позор.

– Я тоже не жалею, – шепчу я вместо этого.

Нокс улыбается – очень скромно, но так, что дух захватывает. Он наклоняется и на мгновение касается моих губ. Поцелуй короткий, мимолетный, но по телу у меня снова бегут мурашки. А потом Нокс кладет руки мне на талию и отстраняет меня.

Мое разочарование практически осязаемо, но тут я смотрю на часы и вижу, что до конца официального занятия осталось меньше пяти минут. Я тут же перехожу к делу, дрожащими руками собираю вещи. Я стою, не поднимая головы, и не могу посмотреть на Нокса, опасаясь разрушить чары.

Это, наверное, был единичный случай. Он ни за что не захочет повторения. А может, даже решит сменить репетитора, заменить меня тем, кто не будет отвлекать его от воздержания.

– Знаю, футбол тебе безразличен, но… не хочешь билеты на субботний матч?

Услышав вопрос, я наконец смотрю на него, слегка хмурюсь.

– Ты мне билеты предлагаешь?

– Ну да. – Он пожимает плечами, засовывает руки в карманы и, кажется, с опасением ждет моего ответа.

И тут у меня появляется идея.

– Сколько билетов?

– А сколько ты хочешь?

– Два. – Я слегка улыбаюсь. – Мне и Натали.

На лице его проступает нескрываемое облегчение. Он что, думал, что я с парнем приду? Если бы я пригласила парня на матч, то разве что Леона, который вроде как любит футбол. Кажется. А вот Нат – другое дело. Она его обожает.

– Да, конечно. Оставлю их в кассе на твое имя. Тебе просто надо будет подойти к окошечку доставки, назвать свое имя, и тебе их отдадут.

– Ладно. – Я киваю, все еще улыбаясь. – Спасибо.

– Ты правда придешь ко мне на матч? – Голос у него такой, будто он в восторге от подобной перспективы, и это…