Книга Заберу тебя, девочка, страница 75 – Анастасия Градцева

На кровати — широкой, застеленной шелковым покрывалом — мы оказываемся уже через несколько минут и любимся жарко и быстро, словно утоляя накопившийся голод друг по другу. А потом перемещаемся на кухню, где я прямо руками ем из пластикового контейнера какие-то сложносочиненные креветки в соусе, а Лекс в это время нанизывает куски мяса на блестящие шампуры. Он одет в одни спортивные, низко сидящие на бедрах штаны и выглядит гораздо более домашним и расслабленным, чем когда-либо.

— Вкусно?

— Угум, — невнятно отвечаю я. — Хочешь?

— Давай, — соглашается Лекс, и я подхожу ближе и кладу ему в рот креветку, которую он энергично жует, а потом качает головой. — Не, херня. Мясо вкуснее.

— Я все люблю: и мясо, и морепродукты, и рыбу, и овощи, — перечисляю я. — Практически всеядная. Не люблю только две вещи: сало и сладкий перец. А ты мясоед, получается?

— Ну типа, — он пожимает широкими плечами, на которые я как всегда залипаю. Уж слишком соблазнительно они выглядят без одежды. — Я вообще люблю простую еду. Мясо,картошку, макароны. Без выебонов.

— Ладно, буду знать, — киваю я, облизываю пальцы, перепачканные в соусе, и лезу в холодильник за рулетиками из баклажанов, которые я видела на верхней полке.

Мне сейчас так легко, свободно и уютно, как будто я нахожусь дома, а не в чьем-то крутом коттедже, затерянном посреди леса.

Чуть позже мы перемещаемся на улицу, где Лекс ловко разжигает угли и жарит мясо, а я стою рядом и развлекаю его своей болтовней, в которую он периодически вставляет одно-два слова. Готовый шашлык почти полностью уничтожает Лекс, а я, уже наевшаяся всякими деликатесами из холодильника, пробую всего пару кусочков, но это все равно очень вкусно.

На улице тихая осенняя ночь, небо над нами огромное, усыпанное звездами, словно бисером, еле слышно шуршат листья, а мы сидим вдвоем в джакузи. Вода теплая и, несмотря на студеный воздух, не дает нам замерзнуть.

Лекс обнимает меня сзади, моя голова на его плече, и все сейчас ровно так, как нужно. Я сейчас там, где нужно. И ужасно хочется, чтобы так было всегда и чтобы эта сказочная ночь никогда не заканчивалась.

После джакузи, фильма Форсаж и еще одного постельного раунда Лекс идет курить на крылечко, а я, накинув куртку, выхожу следом. Сажусь рядом с ним на влажных досках крыльца, вдыхаю терпкий осенний воздух пополам с сигаретным дымом и молчу. Лекс тоже молчит. А когда докуривает, вдруг говорит, глядя куда-то в темноту перед собой:

— Хорошо.

— Очень, — я прижимаюсь теснее к его теплому боку.

— Жаль, что вот так нельзя… всегда, — вздыхает он, приобнимая меня.

— Можно, — несмело возражаю я.

Лекс невесело усмехается.

— Не со мной, девочка.

— Почему?

— Вокруг меня слишком много опасных людей. Для тебя опасных.

— Лекс, — я ласково трусь носом о его плечо. — Ну смотри, вот с Ленкой, к примеру, все в порядке, а она ведь тоже постоянно около вас тусуется. Тебе не кажется, что ты перегибаешь палку?

Рука Лекса, которой он меня обнимает, каменеет, а он сам равнодушным, каким-то чужим голосом говорит мне:

— Не перегибаю. Мою мать взорвали в машине. Вместе с отцом. Он был киллером у… неважно, у кого. Снайпер экстра-класса. Мудила еще тот. Спалился, был в бегах и федеральном розыске, а потом свои же его и убрали, чтобы когда за жопу менты возьмут, лишнего не сболтнул.