Книга Усни со мной, страница 59 – Алина Элис

— Почему так? — тёмные глаза жгут меня взглядом.

— Я... не знаю, — я выдыхаю почти шепотом, потому что он целует мне запястье, и потом тёплыми губами прижимается к чувствительному месту на внутренней стороне локтя. Медленно втягивает воздух, закрыв глаза.

Мы оба как в трансе. Воланд кладёт мне руки на спину, выше талии, и целует. Глубоко, жадно, в этот раз безо всякой неуклюжести. Скользит мне в рот языком, ласкает. Тяжёлые ладони давят на спину так сильно, что мне больно. Я двигаю плечами, и Воланд, кажется, понимает.

— Слишком сильно? — он ослабляет хватку. — Покажи как надо.

Всё происходящее — так же странно, как и возбуждающе. Пальцы покалывает, по позвоночнику волнами идёт тепло вниз, губы горят от поцелуев. Я неуверенно кладу руки поверх его ладоней.

— Вот так.

Воланд снова нетерпеливо сжимает меня за талию, но теперь куда бережнее и мягче. Его ладони скользят ниже, сжимаются на ягодицах. Одним резким движением он поднимает меня, и мы меняемся местами — теперь ясижу на краю стола, а он стоит, вклинившись между моих бёдер. Платье задралось, голые колени кажутся слишком вызывающе белыми. Он смотрит на них так ошарашенно, будто впервые увидел обнажённые женские ноги. Как заворожённый гладит белую кожу, поднимаясь выше по внутренней стороне бедра, но останавливается, коснувшись края белья. От этой паузы между бёдер разливается кипящая влага. Воланд целует меня снова, так напористо, что я откидываюсь назад, опираясь на руки.

Поцелуи опускаются ниже — дорожкой по шее, у ключицы, в вырез платья. Когда его ладонь накрывает грудь через бельё, у меня вырывается стон.

Я вцепляюсь ему в шею, стискиваю ногами так сильно, что чувствую его каменное возбуждение. Воланд глухо рычит, поднимает меня на руки и делает несколько шагов к стене. Спиной толкает неприметную серую дверь, которую до этого я и не видела.

И... мы оказываемся в его спальне. Ещё несколько шагов — и я в его постели. Воланд нависает сверху, придавливая меня своей тяжестью так, что тяжело дышать. Я чуть давлю ему в грудь — и он сразу понимает, приподнимается на локтях выше. Сминает меня в крепких, собственнических объятьях, продолжая целовать каждый сантиметр кожи: висок, за ухом, между ключиц. Рука скользит от бедра к талии, прямо под платьем. Я чувствую, как шершавые пальцы касаются резинки на трусиках и... он снова останавливается. Эта пытка становится настолько нестерпимой, что из меня вырывается всхлип. Мы оба по-прежнему одеты. Мне мешают эти слои ткани — невыносимо хочется касаться его горячей кожи всем телом, но я понимаю, что это может быть слишком для него. Всё происходящее — уже и так слишком.

Воланд, как будто услышав мои мысли, перекатывается набок и расстёгивает рубашку. Я не ошиблась про шрамы — ими покрыта половина живота и часть груди. Замирая, я веду пальцами по чуть выпуклым розоватым полоскам и полукружьям. Воланд сдирает платье вверх через голову, оставив меня в одном белье. С резким выдохом прижимается и замирает. Чувствую, как через него идут знакомые уже волны — горячие, неконтролируемые. Не двигаюсь. Наши губы снова сливаются. Его рука теперь уверенно скользит вниз, сдирает уже мокрые насквозь трусики. Я встречаю его пальцы хриплым стоном, спина выгибается сама собой.

Он как будто изучает, как нужно трогать, чередуя движения и ритм,но эти неискушённые ласки распаляют ещё сильнее. Когда терпеть становится совсем невозможно, и между бёдрами разливается пульсирующее предвкушение, он вдруг останавливается. Я слышу шелест разрываемой фольги. Воланд сгребает меня за затылок через волосы, целует, а потом одним коротким движением входит.