Книга С любовью, Луна!, страница 14 – Лина Мак

Юля опять подавилась. Сергей смог удержаться, но занервничал, резко бледнея. А вот тот, кто сидел ближе всех ко мне, с другой стороны, выдал:

— Какой же, Виктория? — и такая улыбочка опять… ехидненькая. Ах ты, собачка женского пола! Попался.

— Знаете почему мальчики в детстве растут медленнее, чем девочки? У них просто, яйца с членом, начинают развиваться раньше, чем всё остальное, поэтому к земле притягивает, пока пропорции не выровняются. — тут Сергей всё-таки подавился, а я, стараясь не обращать внимания на его кашель, продолжила. — А почему девочки растут только до восемнадцати, а не так, как мальчики до двадцати трёх? Потому что, как только у нас вырастают сиськи, они начинаю тянуть нас к земле. — я начинаю улыбаться той же улыбочкой, которую мне демонстрировал мужчина, что явно, гладил меня по ноге, но что-то его улыбка начинает таять в ответ. — Так вот вопрос: если в девушками понятно — чем меньше сиськи, тем вышеони. А вот в мужиками, как быть? Получается чем выше рост, тем меньше член?

И на этих словах подавились все! Даже те, кто обедал за соседними столиками! Потому как я говорила громко, чтобы все точно услышали!

А я всё так же сидела и «мило» улыбалась трём мужикам за нашим столом. С двумя, из которых, я, точнее, эта «Я», сто процентов… спала!

«Ох же ты и простит… шаболда, Вика! Охренеть просто можно! Как ты вообще их запоминаешь? Трое! Твою же мать! Трое! А я надеялась, что моё охренение отдохнёт уже сегодня!»

Но на лице, кроме улыбки в этот момент ничего не было. И спасибо моим деткам за такую замечательную науку: держать «морду кирпичом»!

— Не-е-е-ет. — простонала я в потолок, переворачиваясь на спину и замечая, что проснулась опять в той же квартире. — Да чтоб тебя… Зараза! Я хочу обратно! — заорала я во всю глотку, — О-о-ой. — простонала от собственного крика. В голову так отдало, что даже звёздочки заплясали перед глазами. — Верните меня домой… к мужу… к детям… — опять проныла, только уже по-настоящему.

Не хочу я так! Мне не нравится эта Вика! Я хочу стать обычной! Той, которой была ещё сутки назад!

Вчера, конечно, обед закончился эпично! Ну в плане, что мы так ни очень и не договорились с этими товарищами застройщиками.

Тем более, после моего анекдота все, почему-то, активно начали сворачивать переговоры.

А когда мы уходили из этого ресторана, хостес мне тихо сказала:

— Виктория Викторовна — вы сегодня просто в ударе! Моё восхищение!

И это натолкнулся на мысль, что я, скорее всего, могу чудить и покруче!

А когда мы сели в машину, Юля зашипела кошкой:

— Анекдот⁈

— А? — не смогла сразу уловить её претензию. А она чётко слышалась в голосе.

— Вы начали рассказывать анекдот? — повторила она, только уже даже как-то зло и с обидой. — За столом, где сидят одни из влиятельных людей нашего города, Вы, начали рассказывать анекдот! — а это уже было утвердительно.

— Ну я же просила оставить меня дома и дать мне бутылку водки? Просила. — ответила как ни в чём не бывало. — А ты, рыбка моя золотая, потянула меня на этот кобелиный слёт.

— Рыбка… золотая… — пропищала Дюймовочка Юля, бледнея прямо на глазах.

— Ага. Золотая. — выдала тяжело, — Как там вас? — постучала по водительскому креслу водителю, отчего и тот что-то начал бледнеть, — Извините, имя запамятовала. Тормозните, любезный, возле ближайшего маркета. Любых размеров. Главное, чтобы там спиртное продавалось. — и опять это выражение лиц. — Хоть во сне нажрусь. А то, блин, то беременная, то кормлю. И напиться некогда.