Книга Сводный Змей, страница 28 – Рокси Нокс

— Зато не будут жать.

Открывает шкаф купе в прихожке, и я вижу херову тучу кроссовок.

— Да у тебя тутцелый магазин!

Выбирает одну пару и ставит мне под ноги. Влезаю в них и становлюсь похожей на ребенка, влезшего в папину обувь.

Что-то слишком часто я ношу гардероб Змеевского! Скоро целая коллекция соберется.

Шлепаю до машины, кроссовки так и норовят потеряться по дороге. Надо было влезть в свои туфли и не мутить. Зачем я его послушала? Он же надо мной прикалывается просто. Вон, идёт и ржёт, гад.

В машине снимаю кроссы и оставляю их на полу.

— Больше не сделаю в них ни шага, — буркаю недовольно.

— А зря. Тебе очень идут лыжи.

Давай-давай, подкалывай. Будет и на моей стороне праздник.

* * *

Артем

Тот журнальчик, где Элька в школьной форме, я незаметно прибрал к рукам. Свернул в трубочку и засунул в носок, под брюки. Дожился, твою дивизию! Зачем я это сделал лучше не спрашивать. Просто сделал и всё.

Всю дорогу до моего дома он колол мне ногу, как бы попрекая за кражу. Мне всё время хотелось почесаться, и я ёрзал от этого желания.

— Змеевский, тебе задницу подпекает что ли? — спрашивает Элька. — Нечаянно включил подогрев сидения?

— Нет, просто чешется.

Не уточняю, ЧТО именно у меня чешется и конечно она думает, что жопа.

— Фу, — комментирует и отворачивается к окну.

— Можно подумать, что у принцесс никогда не чешется попа! — подтруниваю над ней.

— Да откуда мне знать? Я что, принцесса?

— Нет, но ведёшь себя так, будто — да.

— Не наговаривай, пожалуйста.

Оставляю тачку на улице возле дома, всё равно нужно будет обратно везти принцессу. Она идет к калитке, чуть-чуть прихрамывая. По ходу, туфли ей слегка жмут, ну или не слегка.

Андрюха уже прибыл, настраивает в большом зале музыку. Сам не знаю почему, но сегодня у меня получается вести в танце. Элька в моих руках такая податливая и мягкая, как пластилин. Сжимаю её крепче, ух, так близко она — даже соски касаются моего тела. На каблуках она достаёт мне до подбородка.

— Артем, наконец-то ты понял, что от тебя требуется, — хвалит меня Андрей.

Я сразу понял — уж не дурак. Просто в лом было этим заниматься, а сейчас, так сказать, вошёл во вкус. Приятно мне её держать в руках — с этим не поспоришь.

Если кто-то думает, что вальс с принцессой, мой первый в жизни, тот ошибается. Папенька уже напрягал меня с этим на школьном балу. Это было 5 лет назад,правда, уже успел позабыть, как танцевать, но тело, оказывается, помнит.

— Молодец, Змеевский, делаешь успехи, — саркастично добавляет Элька. Вот бы язычок ей прикусить, слегка так, но чувствительно.

— Можно выпускать меня завтра без проблем? — ухмыляюсь.

— Давай договоримся, что пить ты будешь после вальса, а не до?

— Я вообще не буду. Папуля запретил, — развожу руками.

— Так ты его и послушаешь, — недоверчиво хмыкает. — Все равно же украдкой будешь глотать.

— Откуда ты знаешь?

— Делаю предположение. Так ведут себя алкоголики, пьют, не смотря на запрет.

— Значит, считаешь меня алкоголиком?

— Угу, — кивает.

— Давай поспорим, что без алкоголя я продержусь дольше чем ты.

— Да, пожалуйста, — хмыкает. — Давай. На что?

— На массаж. Эротический.

— Змеевский, иди в задницу! — мгновенно свирепеет.

— Ладно-ладно, шучу, — показываю обезоруженные ладони. — На обычный.

— То есть, если ты проиграешь, ты будешь делать мне массаж? — уточняет девчонка. — Не пойдет.