Онлайн книга «Бывшие одноклассники. Училка для миллиардера»
|
– Петров, ты такой дурак! – Мой голос срывается. – Ты боишься чего? Прошу, мне скажи! – Медленно опускается на землю. – На коленях стою… Внизу… Под твоим окном! Задираю голову вверх, чтобы не дать предательским слезам скатиться по щекам. Но они всё-равно катятся. Крупные, горячие. – А ты моя нежность. Мой штиль, мой огонь. Ты мой самый высокий и главный закон! Я не святой, не герой, не поэт… Но если позволишь – спою свой ответ. Делаю неуверенный шаг навстречу. Двор, по ощущениям, растягивается до бесконечности. Шагаю ещё. Быстрей. Быстрей… Бегу! Пока не влетаю в Яна, едва не сшибая его с места. Хвастаюсь за его плечи. Болтаюсь на шее. И от моих слез его рубашка тут же становится влажной. Он смеётся. Крепче сжимает меня в руках. – Ян, я не знаю… Как я буду… – Я знаю, – шепчет он. – Я сделаю всё за нас двоих. А ты просто… Пожалуйста, Иванова, не убегай от меня. Не прячься. Ты нужна мне. Он отстраняется ровно настолько, чтобы посмотреть мне в глаза. – Боже… – Выдыхаю. – Переживаешь, что соседи подумают? – Плевать мне на соседей. – Иванова, ты сводишь меня с ума. Я люблю тебя, кажется, всю свою жизнь. Застываю, глядя в его серьёзное лицо. Он касается моих скул, проводит пальцами по щеке, заглядывает в самую глубину моих глаз. – Люблю тебя, когда ты громко смеёшься, закидывая голову назад. Когда злишься и морщишь нос. Когда споришь со мной, когда милосердно прощаешь меня. Когда кормишь меня гадким луково-сахарным сиропом. Когда врезаешься в меня и бормочешь«извините», прежде чем поднять голову и понять, что это снова я. Когда несёшься спасать всех вокруг, совершенно забывая о себе. Когда не умеешь принимать заботу, но сама раздаёшь её, не задумываясь. Когда смотришь на меня так, будто я не идиот, а нечто хорошее, хотя мы оба знаем, что это не так. Во рту – Сахара. Облизываю пересохшие губы. – Я люблю тебя. Просто. Без условий. Без оговорок. – Ян… – Я знаю, что я делал много глупостей, был дураком и причинял тебе боль. Но я знаю и другое. Я… Я просто не могу тебя отпустить. Не могу. Мне не жить без тебя, Иванова. Он касается лбом моего лба, его тяжёлое дыхание смешивается с моим. – Да поцалуй ты её уже! – Кричит возмущённо Марья Захаровна сверху. И губы Яна, растянутые в широкой улыбке, вдруг оказываются совсем близко. А дальше – нет ни двора, ни гитары, ни Марьи Захаровны, ни мамы. Никого… Есть только Ян. Только его губы. Только его дыхание. Только мы. Ян целует меня, крепко, горячо, так, будто это наш первый поцелуй. Или последний… Но нет, не терпеть. Теперь я знаю – у нас впереди целая жизнь. И руки Яна обнимают меня так крепко, так бережно, будто он держит самое дорогое в своей жизни. Будто мы больше никогда не отпустим друг друга… Глава 35 Эпилог. Юля. Сижу за столом, недовольно скрестив руки на груди. В очередной раз проверяю сервировку. Вилки выровнены, тканевые салфетки сложены аккуратными треугольничками, свечи стоят симметрично. В общем, всё безупречно. Кроме одного. Яна до сих пор нет. Убью! Часы на стене показывают, что он опаздывает уже на двадцать три минуты! Я сердитая. Очень сердитая. Среднестатистическая девушка, возможно, оборвала бы телефон в попытках дозвониться. Я же мысленно пишу для мужа некролог. «Ян Петров. Замечательный супруг, хороший брат, верный друг. Мужчина, который не дожил до ужина с тёщей, потому что у его жены кончился лимит терпения». |