Книга Бывший муж в квартире напротив, страница 22 – Саяна Горская

Глотаю с усилием. Еда встаёт комом поперёк горла. Сердце замирает, пропуская удар, и мне приходится приложить титанические усилия, чтобы вырваться из этого гипнотического плена.

Встряхиваю головой и отступаю на шаг.

— Неплохо… — Прочищаю пересохшее горло. — Очень даже…

— Да, мне тоже показалось, что стало гораздо…

Телефон Демида вибрирует в кармане.

— Да, — не глядя берёт трубку. — Понял, спасибо. Сейчас будем.

Сбрасывает.

— Слесарь приехал, — с мрачной улыбкой убирает телефон обратно в карман.

— Правда?! Ну неужели! Ну, я пойду тогда, пожалуй…

— Не дождёшься чили?

— Нет, я… Мне нужно дома ещё… Всякое… — Взмахиваю неопределённо рукой. Разворачиваюсь. Спешу к выходу.

Демид медленно идёт за мной.

— Даже не знаю, стоит ли тебя благодарить, — хватаюсь за ручку двери. — С одной стороны, ты дал мне поработать. С другой — именно по твоей вине я оказалась без ноутбука. Так что… Вряд ли это твоя заслуга.

Он открывает рот, будто хочет ответить, но я не даю ему времени.

— Увидимся.

Выхожу, аккуратно прикрыв за собой дверь.

* * *

Слесарь с хлопком закрывает крышку своего ящика с инструментами и, кряхтя,поднимается с колен.

— Всё. Готово. Новый замок поставил, старый — только в утиль. Механизм в суперклее. Это ж кто у вас вандализмом занимается? Дети, небось?

— Угу, дети, — стреляю взглядом, полным осуждения, на квартиру Разумовского.

— Вот, проверяйте. Всё работает.

Проворачиваю ключ — щелчок, и дверь открывается легко, без сопротивления. Захожу внутрь, раскидываю руки, глубоко вдыхаю.

Как же хорошо просто быть дома!

Тихо. Просторно. Знакомо. Мчу на кухню, хватаю свой телефон, проверяю пропущенные: целая тонна сообщений в рабочих чатах, но ничего важного.

Возвращаюсь к двери проводить слесаря.

— Сколько я вам должна?

— Так нисколько! Сосед ваш уже всё оплатил. Повезло вам. Мне б таких соседей, — хохочет.

— Вы даже не представляете, о чём мечтаете, — сухо комментирую.

Слесарь уходит.

Закрываю за ним дверь.

Словно желая вымолить прощение у квартиры, хватаюсь за уборку. Подушки возвращаю на диван, грязную посуду — в посудомойку. Игрушки в комнату Лерчика.

Вернуть контроль, восстановить равновесие и присвоить заново себе свою территорию.

После уборки оцениваю себя в зеркале. Выгляжу как женщина, которая пережила нечто. Или как женщина, которая оттёрла то не отмываемое пятно с раковины. В общем — готова.

Но времени на передышку нет — пора забирать Леру.

Уже через полчаса я стою на площадке у садика. Шумно, дети носятся с визгами, строят башенки из песка, катаются на каруселях, дуют мыльные пузыри.

День солнечный. Май нынче щедр на прекрасную погоду.

— Ма-ма-а-а! — Летит ко мне Лерка, раскинув руки в стороны. Сияет.

Личико раскраснелось, коленки на вчера постиранных штанах грязные, косички совсем разлохматились. Моя-то лапочка…

Приседаю, чтобы поймать её в объятия. Кружу. Она визжит от восторга и обнимает за шею так крепко, что становится трудно дышать.

Она тёпленькая, пахнет детсадовской едой и молочным шоколадом.

— Ну что, заяц, как день твой?

— Мы строили из песка замок! Он был с башнями! А потом его дракон разнёс!

— У-у! Правда?

— Ага! — Огромные глаза как у оленёнка блестят.

— Марина Александровна, я должна вас предупредить, — подходит к нам воспитательница, улыбается устало. — У нас четверо с сыпью, подтвердили ветрянку. С завтрашнего дня группа уходит на карантин.