Книга Бывший муж в квартире напротив, страница 7 – Саяна Горская

— Ром, ну давай честно. Это не твоё. Ты прекрасен в роли властного босса, но, может, хватит уже мучить мою трубу? Я могу позволить себе профессионального сантехника, у меня и приложение есть. Всё делается в один клик.

— Да знаю я, что ты можешь себе позволить сантехника хоть с золотыми руками и алмазным разводным ключом, — фыркает Рома. — Только вот, Марусь, завязывай размахивать передо мной своей охренительной зарплатой. Позволь мне почувствовать себя мужчиной, ага? По-дружески.

— По-дружески? — Поднимаю бровь и встаю с подоконника. Подхожу ближе, с умным видом заглядывая под раковину.

— Конечно. Ты и так всё одна тащишь. Иногда приятно, знаешь ли, осознавать, что рядом есть мужчина, на чьё плечо можно опереться.

Снова всплеск воды. Рома отшатывается, вытирает лицо рукавом футболки.

Я смеюсь.

— Да, похоже мужчины и принятие поражения — вещи несовместимые…

— Женщины и терпение — тоже не лучшая комбинация, — огрызается Рома в ответ.

— Зато у женщин есть мозг, позволяющий вовремя вызвать специалиста, — тяну сладко.

— Угу. А ещё у женщин есть склонность мешать, когда мужчина пытается казаться полезным, — он поворачивает ко мне голову и взмахивает рукой, словно отгоняет надоедливую муху. — Марусь, брысь! А то сейчас и тебя намочит. Хотя… Хочешь спорить по-честному?

Он вдруг делает ловкий поворот, и струя воды из хулиганской трубки с весёлым шипением вылетает прямо в меня.

— А-а-а! — Верещу, отскакиваю назад, однако уже вся мокрая. — Да ты ненормальный!

— Месть! — Довольно провозглашает Рома. — Сантехническая справедливость восторжествовала.

Хватаю полотенце со спинки стула, промакиваю лицо. С волос на пол капает вода.

Рома что-то прикручивает под раковиной, чертыхается, и струя воды, наконец, утихает. Он тяжело вздыхает, выползая на свет божий.

— Победа за мной, — заявляет торжественно, снимая мокрую насквозь футболку через голову.

Капли воды с его висков скатываются по загорелой шее, по сильным мускулистымплечам, по бронзовому рельефному торсу, который так и просится на обложку глянцевого журнала или в рекламу геля для душа.

Закусив ноготь большого пальца, склоняю голову к плечу.

— Эх… И почему ты не в моём вкусе, Ром?

Он поднимает на меня глаза и с наигранной скорбью качает головой.

— Сам себе задаю этот вопрос, Маруся. А ведь как всё могло быть просто! Ну ничего, мы поженимся и станем самыми счастливыми супругами, если к сорока не найдём себе по твари.

— Может, по паре? — Хохочу.

— Может, и по паре. Там уж как пойдёт, — подмигивает. — Главное, чтобы никакой сантехники.

Нашу необременённую интеллектом беседу прерывает стук в дверь — глухой и смазанный, словно кто-то задел её локтем случайно.

Мы оба замираем.

— Ты ждёшь кого-то?

— Нет, — качаю отрицательно головой. — Никого.

Идём к двери.

Рома открывает, а я выглядываю из-за его плеча. Напротив, в распахнутую дверь соседней квартиры, двое мужчин затаскивают диван. Один пятится, лавируя с габаритами, второй, спиной к нам, пытается угадать угол, под которым диван войдёт в проём.

— Вы что-то хотели? — спрашивает Рома.

— Нет, прошу прощения, — отзывается тот, что идёт спиной, не поворачивая головы. — Мы случайно вашу дверь задели, но я проверил, всё в порядке. Ни царапинки

Голос… Что-то в нём меня настораживает. Что-то слишком знакомое, чтобы просто пропустить это мимо.