Онлайн книга «Ляля для босса. Это наша дочь!»
|
Соня сладко спит. Длинные реснички подрагивают во сне. Я ожидаю шока, гнева, хоть какого-то проявления эмоций. Но лицо Сташевского остаётся спокойным, словно я просто принесла чашку кофе. Он, кажется, даже не удивлён. – И что? – Наконец спрашивает, склонив голову вбок. – Как – что? Это ваша дочь… И она… И вы… Боже, я готовилась к какой угодно реакции, но точно не к такой! Сташевский откидывается на спинку кресла и сцепляет пальцы в замок за головой. – Знаете, как вас там… Варвара? Вы представляете, сколько таких, как вы, приходит ко мне ежегодно? Я должен верить каждой? – Но я не лгу! – Женщины считают меня идиотом. Забывают, что я не просто так заработал свои миллиарды. Они не упали на меня с неба, их не подарили мне на день рождения, не принесли на блюдечке. Они достались мне потому, что у меня есть мозги, которыми я пользуюсь. И именно поэтому, Варвара, я знаю, что это не мой ребёнок. Как и все те дети, которых мне таскали раньше в надежде на мою жалость. Но жалости во мне не ищите, она не входит в список моих добродетелей. К тому же, у меня отличная память на лица. Особенно на лица тех, с кем я сплю. И вас я не помню. Его слова отдают каким-то ледяным презрением. Гордо поднимаю подбородок выше. – Потому что вы со мной и не спали! Он приподнимает уголок рта, будто я только что сказала что-то невероятно смешное. – Всё становится ещё интереснее. Ладно, небольшой экскурс в физиологию. Вам рассказать, как появляются дети? Пестик и тычинка встречаются, ужинают, едут в гостиницу… – Вы спали с моей сестрой! – Перебиваю. – Её зовут Марьяна. – Марьяна… Марьяна… – Медленно проговаривает Сташевский, будто пробует имя на вкус. Затем снова откидывается назад. – Нет, не помню такой. Сжимаю кулаки. – Вы серьёзно? – Абсолютно. Он смотрит на Соню, потом на меня, и ухмылка медленно возвращается на своё место. – Но вы знаете, Варвара, вы мне нравитесь. Если это был ваш способ привлечь внимание, то он сработал. – Мне не нужно ваше внимание. – Что тогда? Деньги? – Я лишь хочу, чтобы у ребёнка был отец. Он смеётся коротко, почти беззвучно. – О, увольте. Слишком сложно. Я не спешу стать отцом и никогда не стремился к размножению. Отцовство – это не то, о чём я мечтаю. Я лучше дам вам денег. Сколько? Сто? Двести? Кровь приливает к щекам. – Нет. – Триста? Пятьсот? – Он снова ухмыляется, словно эта ситуация лишь забавляет его. – Окей, назовите вашу цену. Я помогу, честно. Я люблю заниматься благотворительностью. – Вам что, так сложно допустить, что Соня – ваша дочь? – Ещё как сложно. Потому что я знаю, что стоит за такими историями. Это не первый раз, когда мне приносят «моего ребёнка». Обычно за этим кроется желание получить долю от моего состояния. – Вы меня даже не слушаете! Это не про деньги! – Конечно, – с сарказмом. – Но, вот же странное дело… Все те женщины говорили то же самое. Его ядовитый тон, его холодная манера говорить так, будто я очередная нищенка у ворот барина, обжигает стыдом сильнее, чем если бы он просто выгнал меня. – Я похожа на попрошайку? Сташевский лениво потягивается, будто разговор ему наскучил. – Вы обманом проникли в мой офис. Притащили ребёнка. Давите на жалость, на совесть… Ради чего? Ради собственной выгоды. Кто же вы, если не попрошайка? Пульс грохочет в ушах. Кажется, я готова разреветься от отчаяния. Или развернуться и уйти. |