Книга Один неверный шаг, страница 138 – Оливия Хейл

Краска заливает мое лицо.

— Ой. Извини.

Нейт качает головой, и кривая ухмылка возвращается. Внутри себя я уже чувствую, как он снова становится твердым.

— Никогда не извиняйся за это. В следующий раз я хочу заставить тебя кричать громче, — говоритон. — Давай шокируем весь Париж, Харп.

Я просыпаюсь от того, что сонная Харпер ерзает в моих объятиях, тело изгибается, словно пытается выбраться из-под моей руки.

Я усиливаю хватку и прижимаюсь теснее к копне ее волос.

— Нет, — ворчу я. — Слишком рано.

Она хихикает.

— Мне в туалет надо!

— Нет.

— Ты не можешь мне в этом отказать.

— Я ни в чем не могу тебе отказать, — говорю я, — кроме личного пространства.

Харпер снова смеется. Ее задница находится отвлекающе близко, трется о стремительно просыпающийся член. Моя правая рука покоится на ее ребрах, пальцы задевают грудь. Она чертовски вкусно пахнет. Собой, сексом и отельным бельем.

— Нейт, — говорит она, умудряясь совершить резкий побег. Мгновение Харпер рядом, а в следующее — уже исчезла, выскользнув из-под простыней. — Я мигом!

— Отсчет начат, — я переворачиваюсь на спину. Комната частично залита солнечным светом из задернутых штор, сияние проникает сквозь узкие щели. Несмотря на интенсивность ночи, я снова наполовину твердый.

Я усмехаюсь, глядя в потолок.

И что это, черт возьми, была за ночь.

Секс с Харпер был моей постоянной фантазией. Последние четыре года работал правой рукой, представляя нас в самых разных позах. Часто чувствуя вину. Но это не мешало видениям разыгрываться в сознании.

Реальность оказалась куда лучше всего того, что когда-либо рисовало воображение.

— Нейт? — доносится из ванной неуверенный голос Харпер.

Я сажусь в постели.

— Да?

— Думаю, я сразу прыгну в душ, — кричит она.

Я откидываю простыню. Господь знает, мне он тоже необходим.

— Мы можем принять вместе, — говорю я. — Давай беречь воду.

— Какая забота о климате, — парирует она.

— Конечно. Это одна из ключевых ценностей «Контрон» на ближайшее десятилетие, — я ухмыляюсь, хватаясь за ручку. Открываю дверь ванной.

Харпер стоит перед гигантским зеркалом, под светом софитов. И полностью обнажена.

Она крутится и так, и эдак, рассматривая свое отражение, с едва заметной улыбкой на губах.

— Я вся липкая из-за твоей спермы, — говорит она.

Я замираю на пороге. Собственнический инстинкт такой силы, что накрывает меня словно цунами, и я мгновенно твердею, глядя на женщину, которую всю ночь делал своей.

Возможно, для нее это ничего не значит. Но в звериной, первобытной части моего сознания— это именно то, что я сделал. Каждый божий раз, когда она кончала с моим именем на губах... и каждый раз, когда наполнял ее.

Она смотрит на меня, румянец ползет по светлым щекам.

— Извини.

— Не извиняйся. Мне это нравится, — я обхватываю ее талию сзади. — К тому же, это ведь я ее там оставил, верно?

— М-мм. Да, ты, — она прижимается головой к моему плечу и наблюдает за нами в зеркале. Харпер прекрасна. Длинные ноги, изгибы бедер, розовые соски и взъерошенные волосы.

— А теперь ты хочешь смыть мои прекрасные отметины, — говорю я наставительным тоном, проводя рукой по ее бедру, по линии паха, между ног.

Она смеется.

— Никогда не принимала тебя за собственника, — говорит она. Поворачивается в моих руках и тянет к гигантскому душу. — Счастливый, обаятельный, покладистый Нейт Коннован.