Книга Моя идеальная ошибка, страница 85 – Оливия Хейл

Алек опускается поцелуями к щеке, шее, запуская левую руку в мои волосы.

— Ты сводишь меня с ума, — бормочет он.

Я сжимаю его бицепсы.

— Как и ты меня. Велел узнать, что мне нравится, научиться говорить об этом, а потом сам все оборвал?

Алек хрипло смеется, дыхание обжигает кожу над ключицей.

— Пытался устоять перед искушением. Но я всего лишь человек, и больше не могу бороться.

Поцелуй снова поглощает, язык скользит по моему. Ощущения переполняют: так много Алека, так много кожи, и я обвиваю руками его шею.

— Что ты думаешь? — шепчу я.

Руки опускаются ниже, на этот раз добираясь до края футболки. Пальцы ласкают бедра.

— О чем?

— О... прочитанном.

Я чувствую его улыбку у виска.

— Познавательно.

— Ты сам попросил.

— М-м-м. Верно. Ну, это меня возбудило.

Я выдыхаю.

— Правда?

— Да, — рука забирается под футболку, скользит вверх по ягодицам и спине. По коже пробегают искры. — Сами сцены были невероятны. Но осознание, что ты используешь их, чтобы кончить?

— Я такого не говорила, — говорю я, но улыбаюсь.

Алек целует меня, а руки под футболкой медленно поднимаются к ребрам.

— Но это правда.

— Да, — выдыхаю я.

Пальцы касаются груди, скользят выше, к соскам. Волны удовольствия разливаются по телу.

Он стонет, но тут же убирает руки. Вместо этого хватается за подол футболки. Дергает за нее, и я поднимаю руки. Футболка летит на пол, оставляя меня в одних трусиках.

Темные глаза медленно скользят по мне. Та самая интенсивность, которая всегда в нем была, теперь направлена на меня.

Руки сжимают бедра, он смотрит, смотрит, смотрит.

Я пожимаю плечами.

— Это просто грудь.

Причем маленькая. У меня всегда был скромный первый размер, в лучшие дни второй. В балете это было преимуществом, чему я благодарна. Но никогда не любила эту часть тела.

Алек наклоняется, обнимает меня за талию, и губы захватывают левый сосок. Я закрываю глаза. Ох. Он использует зубы, а щетина царапает кожу. Мне всегда это нравилось, но не знала, что может быть настолько приятно.

— Нет ничего «простого», — бормочет он. — У тебя идеальнаягрудь.

Он поднимает голову и уделяет внимание другому соску. Одна из рук сжимает ягодицу, и та полностью помещается в ладони.

Поцелуи следуют ниже, к животу, и Алек опускается на колени на мягкий ковер. Губы касаются резинки трусиков, он медленно стягивает их, целуя открывающуюся кожу.

Наблюдать за этим отдельное удовольствие. Его широкие плечи, сильные руки на моих бедрах, каштановые волосы.

— Я мечтал снова почувствовать твой вкус, — шепчет он, целуя внутреннюю сторону бедра. Наконец трусики падают на пол. — Вот так, вот она.

Он обхватывает мои бедра, чтобы удержать, и раздвигает ноги.

Первое прикосновение к клитору заставляет вздохнуть с облегчением. Боже, я думала об этом с той ночи, мечтала повторить, но боялась, что не случится. Его явное желание делать это смывает всю зажатость и стеснение.

Пальцы впиваются в его волосы.

— Алек, — шепчу я. — Я тоже хочу тебя. Хочу, чтобы мы... ох. Ох.

Он вводит палец внутрь, одновременно засасывая клитор, и я теряю способность мыслить. Единственное, что понимаю: на этот раз мне нужно больше. Еще больше.Бешеный стук сердца отдается в висках, а бедра сами движутся навстречу.

Не знаю, сколько это длится, но Алек доводит меня до самого края. Я хватаю его за плечи: