Книга Как провести медовый месяц в одиночестве, страница 14 – Оливия Хейл

Я быстро обнаруживаю, что люди, покинувшие пляж из-за ухудшения погоды, переместились в зону бассейна. Они расположились на шезлонгах и лежат под зонтиками. Место переполнено.

Я беру свой мохито и пляжную сумку и иду вдоль длинной стороны бассейна. В самом конце есть один свободный шезлонг, защищенный от возможного дождя огромным зонтом.

Если никто не займет его.

Я иду вперед в шлепанцах, не отрывая глаз от приза. Это место— настоящая золотая жила вдохновения, и я не могу дождаться, когда снова открою свой блокнот.

Я так сосредоточена, что не замечаю маленького ребенка, который мчится передо мной. Я слышу его восторженный крик прежде, чем успеваю соприкоснуться с надувной лодкой, которую он несет.

Все происходит очень быстро. Я делаю шаг вправо, чтобы не задеть ребенка, и при этом теряю равновесие. Я наклоняюсь к единственному близкому предмету.

Шезлонг. Шезлонг, который в данный момент занят.

Мои колени упираются в мягкое сиденье, и я грациозно останавливаюсь. Никакого вреда, никаких синяков, никаких повреждений, за исключением болезненно дорогого мохито в моей правой руке. Пластиковый стакан вылетает из моей руки и проливает свое ледяное содержимое на колени мужчины и ноутбук, за которым он сейчас работает.

— О нет, — говорю я, протягивая руку, чтобы ухватиться за шест зонтика для поддержки. — Черт. Привет. Боже, прости.

Филипп смотрит на меня так, будто у меня только что выросли две головы.

— Иден?

— Да. Черт, мохито попало на твой ноутбук?

Он смотрит вниз.

— Да. Подожди, все не так уж плохо…

Он начинает оборачивать полотенце, но я опережаю его, бешеными движениями набрасывая на него свое.

— Прости. Я обещаю, что куплю тебе новый, если испортится.

— Не нужно.

— Я серьезно. Просто я не видела того ребенка, а потом…

— Это не твоя вина, — говорит Филипп. — Этот курорт рекламируется как свободный от детей.

— Правда?

Его голос темнеет.

— Да. Это было одно из немногих моих требований. Не знаю, почему они сделали исключение для этой семьи, но…

— С твоим компьютером все в порядке?

— Он будет жить, — говорит он, но перспектива его не радует. Он ставит ноутбук на приставной столик рядом с собой, и он действительно выглядит нормально. Можно использовать.

— Пролития, слава богу, почти не было, — говорю я. — Но потом… ох. Оно попало на тебя.

Мы оба смотрим вниз, на его ноги, плавки и бежевое поло, которое на нем надето. На его правом бедре лежит одинокий листик мяты, а между коленями застряли кубики льда.

— Извини, — говорю я. — Правда.

Он встает со стула и отряхивается. Я смотрю, как крошечный листик мяты падает на пол.

— Перестань извиняться.

— Давай я принесу тебе еще выпить.

Он смотрит на меня.

— Иден,ты пролила свойсобственный напиток.

— О, точно. Прости. — Я хихикаю в знак извинения и поднимаю свою сумку с того места, где она упала на землю. — Тогда позволь мне принести тебе напиток в знак извинения.

— В этом нет необходимости. Ты ни в чем не виновата.

Я широко улыбаюсь.

— Давай, позволь мне. Что ты хочешь? О, ты работал?

— Да. Wi-Fi здесь лучше. — Он проводит рукой по своим темным волосам. Сейчас они выглядят более растрепанными, чем раньше, как будто он только что вытер их полотенцем после купания.

— Точно. Ты разобрался в своей комнате?

— Там сейчас кое-кто проверяет маршрутизатор.