Книга Как провести медовый месяц в одиночестве, страница 41 – Оливия Хейл

— Так хорошо? — спрашивает он.

— Да, думаю, да.

— Хорошо. — Его руки возвращаются к моим плечам и медленными движениями спускаются по рукам. Я дрожу от его прикосновений.

Он замечает, что его руки останавливаются чуть ниже моих локтей.

— Все еще в порядке?

— Угу. Да.

Он продолжает спускаться к моим рукам, на секунду задерживаясь над запястьями, прежде чем убрать их. Он прочищает горло, и я чувствую, как подушка под нами сдвигается, когда он отходит назад.

— Спасибо, — говорю я.

— Да. Без проблем. — Он смотрит на море, а не на меня. — Не могу допустить, чтобы ты сгорела в мою смену.

— И на твоей лодке тоже, — говорю я.

Его рот кривится.

— Точно. Ну, знаешь, мы почти закончили все основные мероприятия по моему маршруту.

— О?

— Да. Осталось всего несколько, включая дегустацию рома. — Он пренебрежительно машет рукой, и я удивляюсь его отношению к пропуску заранее оплаченных мероприятий. Если бы мы с родителями запланировали пойти на ужин в буфет, где можно есть все, что угодно, никто из нас в тот день не стал бы обедать. Это моя точка отсчета.

— Ну и кто теперь пренебрежительно относится к труду твоего турагента? — спрашиваю я.

— Поверь, она получила свою долю.

— А чья это была идея — поехать на Барбадос в медовый месяц? — спрашиваю я и выставляю ноги вперед. Мои ноги оказываются рядом с его ногами, мои голые рядом с его парусиновыми туфлями.

Я ничего не знаю о его бывшей невесте. Он не делится хлебными крошками, а утаскивает целые буханки.

И я умираю от любопытства.

Но он просто смотрит на волны, его голос спокоен.

— Мы рано остановили свой выбор на Карибах. Мы оба бывали там раньше, на других островах.

— О.

— Турагент посоветовала несколько отелей в этом регионе, и недавно открывшийся «Зимний курорт» показался нам неплохим. — Он пожимает плечами и проводит рукой по затылку. — Я также представлял интересы компании в судебном разбирательстве несколько лет назад.

— О-о-о-о. Так это привилегия?

— Нет.

— Я сижу в лодке кумовства?

— Я не родственник ни одного из владельцев.

Я ухмыляюсь.

— Но ты их знаешь.

— Я встречался с одним из них. Один раз. И все. — Он поднимает бровь. — А еще я теперь работаю из Чикаго, а не из Нью-Йорка.

— А раньше работал?

— Да, — говорит он и вздыхает. — Это двадцать вопросов?

— Возможно. Почему ты вернулся домой в Чикаго?

Его губы сжимаются.

— Она тоже была оттуда.

— А.

— Кроме того, у моей фирмы был там офис, а я устал от Нью-Йорка. Это была хорошая возможность.

— Как вы двое познакомились? — спрашиваю я.

Он качает головой.

— Сегодня мы еще не выпили ни одного стакана рома.

— Не пили? Я выпила четыре пина колады на завтрак. Тебе стоит попробовать шведский стол. Он невероятный.

— Нет, иначеты бы уже была за бортом. Опять.

Я качаю головой.

— Почему бы тебе не поесть в баре? Я никогда тебя там не вижу.

Он поворачивается ко мне лицом.

— Ты искала меня? — спрашивает он, и этот факт кажется ему необычайно приятным.

— Я наблюдаю за всеми гостями. Они очаровательны.

— То есть ты с ненавистью наблюдаешь за молодоженами?

— Да, — говорю я. — Вчера утром двое из них кормили друг друга измельченным манго, и я чуть не совершила двойное убийство своей грейпфрутовой ложкой.

— Хорошо, что у тебя на острове есть адвокат, — говорит он.

Я впиваюсь зубами в нижнюю губу, чтобы скрыть улыбку.

— Не возьмешься ли ты за мое дело безвозмездно?