Книга Запретная месть, страница 159 – Аймэ Уильямс

У меня перехватило горло от этого имени — не просто женской версии моего собственного, а фамилии ДеЛука. Она дала нашей дочери мою фамилию, выбрав мою семью вопреки крови. Этот жест значил больше любой победы, одержанной этой ночью.

Дрожащими руками я взял Стеллу из рук Елены. Она невероятно крошечная, невероятно совершенна — темные ресницы на розовых щечках, крошечные губы и нежные пальчики, которые умудрялись с удивительной силой сжимать мой большой палец. Маленький ангел, который каким-то чудом стал моим вопреки биологии, вопреки традициям и всему, что старая гвардия твердила о крови.

— Привет, маленькая звездочка, — прошептал я, прижимая её к себе. — Я твой папа. И я обещаю, что всегда буду тебя защищать. — Я всматривался в её идеальное личико, чувствуя, как окончательно и бесповоротно влюбляюсь. — Вообще-то, я построю для тебя башню. Никто и никогда не будет достаточно хорош для моей принцессы…

Елена хлопнула меня по руке, закатив глаза.

— Ей еще и часа нет, а ты уже планируешь запереть её под замком?

— Само собой. — Я усмехнулся, не в силах отвести глаз от нашей дочери. — Нужно начинать пораньше. Никаких свиданий до тридцати лет.

— Ты невыносим, — простонала Елена.

Глядя на то, как Стелла спала у меня на руках, и чувствуя, как Елена в изнеможении прижималась ко мне, я понимал: мы выиграли нечто более ценное, чем любая территория или власть.

Мы отвоевали наше будущее. И я собирался посвятить остаток жизни его защите.

В следующие несколько часов наша палата заполнилась союзниками, а отчеты подтвердили полный крах Энтони. Первой появилась Шиван — безупречная в Шанель и туфлях от Кристиана Лабутена, ни один рыжий волосок не выбился из её прически. Казалось, она направлялась на заседание совета директоров, а не координировала разгром одной из самых опасных семей Нью-Йорка.

— Всё кончено, — доложила она. Её дизайнерский костюм остался девственно чист, несмотря на события этой ночи. — Каждая группа захвата нейтрализована, все сторонники старой гвардии либо сдались, либо уничтожены. Мы победили.

Она перевела взгляд на Стеллу в моих руках, и её привычная резкость на мгновение смягчилась.

— Ну что-ж, — произнесла она так, будто эти слова причиняли ей физическуюболь, — с ребенком ты кажешься человеком, ДеЛука.

Я приподнял брови, а у Елены отвисла челюсть.

— Ты только что сделала Марио комплимент?

— Не обольщайся, Елена. Это только потому, что здесь младенец, — Шиван пренебрежительно махнула рукой. — Это мой единственный добрый комментарий за весь год.

Елена прикрыла рот рукой, подавляя улыбку.

— Хочешь её подержать?

Я защитнически прижал Стеллу к себе, придя в ужас от мысли, что передам свою драгоценную дочь ирландской королеве.

— Ни за что, — прошипел я Елене.

К счастью, Шиван не выглядела обиженной. Напротив, её лицо скривилось от отвращения.

— Я пас. Дети — не для меня. И не в моих интересах, — она наклонилась, чтобы поцеловать Елену в щеки. — Я буду на связи. У нас еще много работы.

— Могу я хотя бы рассчитывать на декретный отпуск? — с надеждой спросила Елена.

Смех Шиван отозвался эхом, когда она направилась к двери, а её шпильки застучали по больничному кафелю.

— Я серьезно насчет декрета, — сказала мне Елена, нахмурившись и глядя на дверной проем, где исчезла Шиван.