Книга Безмолвные клятвы, страница 29 – Аймэ Уильямс

— Одевайся, — говорит он, голос снова контролируемый, но грубее обычного. — Завтра рано вставать. — Он поворачивается к ванной, снимая галстук. Простое движение не должно быть таким, чёрт возьми, эротичным, но что-то в этой небрежной демонстрации мужественности заставляет тепло скапливаться низко в животе.

— И Белла? — Он оглядывается, и взгляд его глаз едва не останавливает моё сердце. Голод и желание борются с чем-то более мягким, более опасным. — Изумрудная сорочка. Надень её.

Он исчезает в ванной, прежде чем я успеваю ответить, оставляя меня дрожащей посреди нашей спальни. Включается душ, и непрошеные образы наводняют моё сознание: вода стекает по его мускулистой спине, эти сильные руки скользят по влажной коже...

Дрожащими пальцами роюсь в пакете La Perla, пока не нахожу её: изумрудная шёлковая ночная сорочка, которая достанет до середины бедра. Материал невероятно тонкий, почти прозрачный, с нежными кружевными вставками по бокам и вырезом, который опускается неприлично низко. Это вещь, созданная, чтобы соблазнять, подчиняться, отдаваться.

Того же цвета, что и кольцо, с которым я видела, как он нервничал ранее. Кольцо, принадлежавшее его покойной жене.

Я опускаюсь обратно на кровать, окружённая дорогой одеждой, купленной взамен всего, что я потеряла. Звук душа, кажется, отдаётся эхом в ушах, вместе с призраком его прикосновения на коже. Завтра я похороню отца. Послезавтра выйду замуж за мужчину, который заставляет меня чувствовать то, чего не должна: желание, страх и отчаянный голод, который я не хочу замечать.

А сегодня ночью... сегодня ночью я должна решить, надену ли я цвет его мёртвой жены в постель. Сыграю ли я роль, которую он мне навязывает: жена-замена, идеальная донна, покорная красавица, предназначенная украшать его руку и греть его постель.

Пар клубится из-под двери ванной, неся с собой его запах. Закрываю глаза, вспоминая ощущение его рук на коже, то, как он смотрел, словно хотел поглотить меня целиком. Было бы так легко сдаться,позволить поглотить себя. Надеть то, что он хочет, и стать тем, в чём он нуждается.

Но это буду не я.

Вместо этого пальцы находят чёрную шёлковую сорочку. Материал такой же тонкий, такой же соблазнительный, но это мой выбор. Не его. Не его мёртвой жены. Мой.

Может мне и придётся выйти замуж за Маттео ДеЛука, придётся разделить его постель и фамилию, но я не буду заменой его призракам. Я не позволю ему переделать меня в чью-то тень.

Когда надеваю чёрный шёлк на кожу, слышу, как выключается душ. Сердце колотится, но я вызывающе поднимаю подбородок. Пусть увидит, что меня не так легко контролировать. Пусть узнает, что хотя он, возможно, и завладеет моим телом послезавтра, моя воля принадлежит мне.

Дверь ванной открывается, выпуская облако пара, и я готовлюсь к его реакции. Что бы ни произошло дальше, я встречу это на своих условиях. В своих цветах. В своей коже.

Я не София. Никогда ею не стану. И Маттео ДеЛука пора это узнать.

Дождь барабанит по окнам кабинета, вторя моему мрачному настроению. Похороны снова и снова прокручиваются в моей голове, словно фильм, который не могу остановить: тяжёлый запах ладана, смешанный со слишком большим количеством лилий, эхо шагов по мрамору, тяжесть тысячи расчётливых глаз, наблюдающих за каждым нашим движением.