Книга Разбитое отражение, страница 33 – Анастасия Ватутина

– Да ладно тебе! – Степанида театрально закатила глаза. – Она же тоже Видящая! Не испугается.

– Не смей впутывать в это мою мать, – Яна угрожающе надвинулась на старуху, как будто ту действительно могли напугать ее угрозы. – Расскажи лучше, как вышло, что душа моей покойной бабушки, которая благополучно после смерти отправилась туда, куда отправляются все остальные души, внезапно вернулась, чтобы предупредить мою мать о грозящей мне опасности? Разве она не должна была уже переродиться в новом теле и жить другую жизнь?

– Не обязательно, – Степанида беззвучно похлопала ладонью по кровати, и Яна под противный скрип старых пружин опустилась рядом. – Как правильно заметила твоя матушка, между вашими душами есть крепкая родовая связь, и в те моменты, когда кому-то из вас нужна помощь, предки возвращаются, чтобы дать совет, предупредить об опасности. Твоя бабушка – хранитель рода, поэтому она не перешла в новую жизнь, а осталась, чтобы приглядывать за живущими потомками и следить, чтобы род не угас и ваши души прошли до конца путь, который они выбрали.

– Любая душа может стать хранителем?

– Нет, только та, что прошла все уроки и ей больше нечего делать в мире живых.

– Дед Марка мог стать его хранителем?

– Вполне.

– Интересно, о какой опасности говорила бабушка?

– Думай, – в очередной раз повторила старуха.

Яна молча смотрела перед собой. Ей не нужно было поворачиваться, чтобы знать, что кровать справа от нее пуста. Степанида исчезла. Снова.

Остаток дня прошел спокойно. Вера пыталась расспросить Яну о том, чем та занимается и почему ей может грозить опасность, но та упрямо отказывалась обсуждать эту тему, чтобы не волновать лишний раз мать, хотя сама мысленно задавалась такими же вопросами.

Ночью, лежа без сна, Яна жалела, что у нее не было времени прихватить с собой пару книг из магазина, тогда вместо того, чтобы бесцельно пялиться в покрытый желтыми разводами потолок, можно было скоротать мучительные часы бодрствования за чтением о приворотах и способах их снятия. Перевернувшись набок и поудобнее взбив тонкую комковатую подушку, она закрыла глаза и принялась считать про себя в надежде, что сон ее все-таки настигнет, но вместо этого мысли вернулись к неожиданному предупреждению бабушки.

Валентину Алексеевну Яна видела только на старой черно-белой фотографии, которая хранилась в их семейном альбоме. Бабушка умерла незадолго до рождения внучки, буквально за месяц до того, как Яна появилась на свет. Степанида сказала, что она стала хранительницей рода, выполнив свою миссию на земле, и сейчас Яна размышляла, в чем та могла заключаться. О жизни бабушки Вера рассказывала крайне мало, да и не было у них с Яной возможности поговорить по душам: большую часть сознательной жизни Яна не видела мать трезвой, тут уж не до рассказов о почивших родственниках. А что, если бабушка тоже видела мертвых? Мог ли этот дар передаваться в их семье по наследству?

В ночной тишине громко скрипнула половица, и Яна, приподнявшись на локте, выглянула в коридор сквозь приоткрытую дверь. Сочащегося из окна света было недостаточно, чтобы разогнать сгустившиеся тени, поэтому Яна, решив, что это мать встала попить воды, снова легла, безуспешно пытаясь устроиться поудобнее. Она закрыла глаза, но сон по-прежнему не шел. Вдобавок ко всему в груди зашевелилось беспокойство, как будто что-то было не так, но Яна никак не могла понять, что именно. Через секунду пришло осознание – тишина. За скрипом половицы не последовало никаких других звуков, словно кто-то, так и стоял, затаившись в темном коридоре, прислушиваясь.