Книга Иванушка на курьих ножках, страница 32 – Дарья Донцова

– Как вам такое предложение?

– Ну, по крайней мере оно честное, – улыбнулся я. – Эмилия вам полностью доверяла, понимала, что не сдадите ее!

– Однако сейчас ее тайну вам открыл, – улыбнулся Кох.

Пришлось уточнить:

– Перед вами кладбище чужих секретов.

– Знаю, поэтому и рассказал правду. Расстались на хорошей ноте. Я с ней поделился энной суммой. Больше не встречались – я имею в виду как любовники. Эми вышла замуж за Кирилла Фокина, очень хорошая партия. Мужик из богатой семьи, концертмейстер, с влиятельными родителями, свекр со свекровью могли невестку в мире балета хорошо продвинуть. Эми по характеру авантюристка и прекрасная актриса! Так изобразит любовь, восторг, ненависть или печаль, что весь МХАТ отдыхает. Талантливая врунья в придачу. Что ее в балет понесло? Ну совсем не белый лебедь девица! И как танцовщица не фонтан. Середнячок. Но без кордебалета нет балета, приме необходима свита. Эмилия не царица, она из толпы придворных, а хотелось ей на троне сидеть, рассчитывала на помощь родителей мужа. Но публика, которая ходит на балет и в оперу, особая. Она отлично знает все па и партии главных героев, не обмануть таких зрителей. Профессионалы. Сколько раз видел, исполняется батман тандю жете. Знаете, как работает в этот момент танцовщица? Обе ноги «выворотны», мышцы ног оттянуты, а во время взмаха подъем и пальцы стопы работающей ноги до предела натянуты. Само движение острое, нога выбрасывается из исходной позиции вверх в точку, обязательно фиксируется на нужной высоте, при этом высота ноги всегда одинакова. А в жете пике нога выбрасывается, застывает в точке, потом «укол» в пол и обратно в ту же точку в воздухе. Все это проделывается так, словно пол пылает огнем – так остро необходимо выполнить движение. И при этом у зрителя должно создаться ощущение, что танцовщице легко и радостно! Никаких трудностей она не испытывает. Так вот, Эмилия очень старалась, но воздушности в ней не было. Она работала! Но если чего-то нет, то этого нет! Господь Эмилию не поцеловал! Техничная? Да, но не до полной отточенности. Легкая, воздушная? Нет! Не летит над сценой! Выражение лица в момент того же батман тандю жете – как у лошади, которая тащит телегу с углем. Эми не живет на сцене, не наслаждается танцем, не купается в музыке. Она трудится! Пашет! Думает, как все безупречно сделать. Не бабочкой порхает! Не птицей взмывает! Не нимфа, не Джульетта, не лебедь! Пахарь! На лице застывшая маска якобы радости.

Валерий шумно вздохнул.

– Все балерины ошибаются. Гениальные, великие, лучшие… С каждой случаются конфузы, падения. Почти все в самый неподходящий момент спотыкались и рушились. Потрясающая Уланова один раз шлепнулась в балете «Золушка». Другая гениальная танцовщица вместо тридцати двух фуэте сделала шестнадцать. Это допустимо, но не для нее! Мужчины роняли партнерш! Кордебалет терял темп! Один раз видел танец маленьких лебедей, который следует назвать позором нелепых утят. Кто в лес, кто по дрова, музыка сама по себе, лебедята что-то там выкаблучивают, существуют отдельно от оркестра. Масса конфузов происходит! Но настоящие примы никогда не стараются лучше всех что-то исполнить. Им не надо. Как великие стоят за кулисами? Вид не бодрый, руки висят. И тут – тара-ра-пам! И вылетает на сцену сгусток огня и красоты! Завораживающее зрелище! Фонтан энергии! Водопад эмоций! Все легко, красиво, как будто безо всякого труда! И… ох, упала! Но вскочила с такой легкостью, с озорной улыбкой, с восторгом, что начинаешь думать: «Может, новая трактовка такая? Падение отрепетировано?» Живые эмоции – это живые эмоции, а отшлифованные трюки – всего лишь постановочный элемент. Один раз я спросил у одной нашей очень известной балерины: «Как у вас получается в один миг превращаться из женщины в воздушное создание? Каким образом ухитряетесь работать словно в невесомости?» Она посмотрела на меня: «Лерик, кто тебе сказал, что я работаю на сцене? Я на ней живу! Вот вне подмостков и после окончания спектакля служу балериной, которая едет домой, а завтра у нее очередная репетиция. На сцене моя жизнь, мое счастье, мой полет, там я Одетта и Одиллия, там я беспредельно счастлива. Все остальное – лишь подготовка к этому моменту!»