Книга Иванушка на курьих ножках, страница 33 – Дарья Донцова

Кох улыбнулся.

– У Эмилии подобного счастья не было. Уже говорил, но повторюсь: она пахарь. Ее хорошо обучили балетному мастерству, но этого мало. Должно быть еще…

Валерий пару секунд помолчал, потом щелкнул пальцами.

– Огонь! Вот его даже лучший педагог зажечь не сумеет! Пламя или есть, или нет! После того разговора о беременности до меня доходили разные слухи. Был в курсе, что Кирилл Фокин на Эми женился. Потом узнал, что родилась девочка. Как-то раз шел в консерваторию, хотел поговорить с одним профессором. Ба! Навстречу Эмилия с малышкой. Я окликнул женщину, она остановилась, мы расцеловались. Смотрю: малявка стоит, глаза в пол, вся съежилась. Решил ее подбодрить, спросил: «Солнышко, как вас зовут?» Она шепотом: «Валерия!» Я на секунду дар речи потерял, потом на Эмилию глянул, та девочке: «Отойди, дай поговорить». Девчушка быстро с глаз долой исчезла, Эми меня за руку взяла: «Плоды любви порой горькие и гнилые. Никто не узнает, от кого Лерка. Ни тебе, ни, главное, мне этого не надо».

Кох опустил взгляд.

– Никогда в жизни ни до, ни после не испытывал такой растерянности, как в ту минуту. Потом неожиданно для себя поинтересовался: «Зачем девочку Валерией назвала?» Эмилия засмеялась: «Свекр со свекровью спят и видят, когда Кирилл со мной разведется. Если они своего добьются, то ты будешь моей подушкой безопасности. Докажу отцовство, подам на алименты. Радостная новость: если мужик не платил ничего ребенку, он обязан всю сумму возместить, даже если малыш уже взрослый».

Валерий усмехнулся.

– Иван Павлович, оцените степень моего изумления! Потерял способность владеть собой, воскликнул: «Не надо!» Балерина захихикала: «За свои ошибки, дорогой, платить надо! Сообразил теперь, почему она Валерия? Если придется затеять судебное заседание, признаюсь вслух: „Да, обманула Кирилла, всю жизнь люблю только Валерия, в честь него ребеночка назвала. Только он не пожелал отношения оформить! От безнадежности пришлось за другого выйти и соврать, что от него забеременела“». Потом улыбнулась и ушла. Смотрю ей вслед – спина ровная, походка балетная, идет красиво. А такая дрянь внутри! И ведь ничего поделать не могу! Потом успокоился, подумал: почему не могу? Следует самому анализ сделать. Теперь ДНК-тест всем доступен. Надо лишь изловчиться, достать материал для исследования от Валерии. Думал, думал, и осенило! Девочка, небось, ходит в детский сад. Оклады там крошечные. А мне ерунда требуется – несколько волос ребенка с луковицами или мазок изо рта. Так в лаборатории сказали, где анализ делают. Узнать, в какое учреждение крошку водят, не трудно, найму человека, он проследит.

Кох сложил руки на груди.

– Короче, добыл нужное. И сдал тест. Угадайте результат.

– Валерия не ваша дочь? – предположил я.

Собеседник не упустил момент сделать мне комплимент:

– Всегда поражался вашим уму и сообразительности. Именно так. Ни малейшего отношения к ребенку не имею.

– Глупая затея, – оценил я историю. – Неужели Эмилия не подумала, что вы захотите проверить ее заявление?

– Не знаю, способна ли она к рефлексии, – поморщился рассказчик. – И на этом я не остановился. Задумал проучить бабу. Да так, чтобы она забыла мое имя! Решил выяснить: может, Валерия не дочь и Кирилла? Если да, тогда у меня граната в руках! Не скажу Эмилии, что знаю правду, пусть она опозорится, объявит, что девочка от меня! А я два анализа на стол. И что получится? Бабенка – затейливая врунья, да еще и прелюбодейка. Красиво?