Книга Корона Мышки-норушки, страница 32 – Дарья Донцова

– Как же она работает? – удивился я.

– Я добуквенно передаю Малежкиной пожелания клиента, она делает несколько вариантов озвучки, – заговорила Алена, – будете получать начитку до тех пор, пока какая-то вам понравится.

– Странно, что я не могу встретиться с работницей лично, – старательно нажимал я на ту же педаль.

Алена опустила голову.

– Катя попала в аварию, машина загорелась, Малежкина обгорела, лицо у нее… Ну… вы понимаете?

Я кивнул.

– Она прекрасный талантливый человек, но внешне… без страха не взглянуть. Катюша умная, понимает, какое впечатление производит, поэтому работает не в этом здании.

– А где? – поинтересовался я.

– Екатерина беспредельно талантлива, – продолжала нахваливать сотрудницу Алена, – пришла на фирму, когда та была крохотная совсем. Руководство ее любит, уважает, поэтому Кате снимают студию, она там записи делает.

– У вашего начальства доброе сердце, – сказал я.

– Да, да, да, – согласилась Алена.

Мы еще побеседовали минут десять, я соврал, что хочу посоветоваться с женой, покинул кафе, вышел на парковку, сел в машину и позвонил Борису.

– Или та, что работает в фирме, прикидывается Екатериной, или это не Катя, – сделал вывод батлер.

– Отправлюсь в Город, – решил я, – попытаюсь найти Германа Фикина.

– Машина не открывается, – донесся с улицы знакомый голос.

– Перезвоню, – сказал я, посмотрел в окно двери водителя и увидел женщину. Та стояла спиной ко мне, но по ярко-красной кофте, зеленой юбке, длинным завитым волосам цвета спелой пшеницы и по голосу мне сразу стало понятно, что это Алена. Ее малолитражка была припаркована возле моего автомобиля.

Я не люблю кондиционер, он гудит, и воздух, который проходит через него, кажется мне мертвым. Как воздух может казаться мертвым? Вы когда-нибудь ели зимой помидоры? Они дорогие, но по вкусу напоминают вату, ничего общего с томатами, которыми торгуют летом, не имеют. С кондиционером та же история. Вроде прохладно, но это не та прохлада, которую ощущаешь утром на опушке леса. Сев в машину, я всегда чуть опускаю стекло, мне нужен настоящий воздух, пусть даже московский, в котором кислорода почти нет. Но для меня он все равно лучше, чем тот, который дует из отверстия на панели. Благодаря своей привычке я сейчас и услышал разговор Алены с самой собой.

– Открылась! – заликовала женщина. – Наверное, батарейка села.

Мне не свойственны стремительные порывы и спонтанные действия. Как правило, я сначала думаю, а уж потом прыгаю в воду, но сейчас неведомая сила пнула меня в спину. Я вышел из машины и громко сказал:

– Мы с вами соседи по парковке.

Алена уронила сумочку, обернулась, и на ее лице появилось выражение паники.

Я поднял ридикюль и подал его даме. Она выдохнула:

– Это вы!

– Не хотел вас напугать, – улыбнулся я, – а у вас уютная стоянка. Только далековато от офиса.

– Люблю пройтись, – дрожащим голосом прошептала Алена.

– Вы меня боитесь? Вроде я не похож на серого волка, – улыбнулся я.

Паника на лице женщины сменилась ужасом, она шарахнулась в сторону, чуть не упала, стукнулась головой о свой автомобиль и прошептала:

– Вы кто?

Я вынул удостоверение.

– Полиция, – пролепетала Алена. – Я ни при чем! Ничегошеньки…

Она прижала руки к груди, опять уронила сумку и затрясла головой.

– Ничегошеньки не знаю, кроме того, что знаю!