Книга Секреты Примроуз-сквер 2, страница 91 – Татьяна Лаас

И непонимание в глазах отца — это последнее, что помнит Дуб. Хотя нет… Еще дикий хохот Ловчего…

Йен тихо сказал:

— Осина сам не понял, почему огонь остался подвластен твоему деду. Огонь был приручен из-за дара фонарщика. Он должен был исчезнуть, но остался. Осина…

— А Осина у нас...? — уточнил Вэл, осторожно затягивая узел галстука. Йен протянул ему свою единственную булавку.

— Последний эль орель, Лесной король.

— Забавно. Дуб, Осина… А дед Боярышником был?

— Не помню. — честно сказал Йен. — Этого я не помню.

— Не бери в голову. Не столь это и интересно. — Вэл подал жилет. — У нас и без этого хватает проблем.

— Например, убийство воздушника. — напомнил Йен.

— Я позвоню Маккею — пусть перенаправит дело на твой участок. Заодно пусть его агенты чуть покопаются — может, что и нароют к твоему возвращению. Но, кроме этого воздушника, еще проблема с ларой Сесиль есть.

— А с ней что?

— Умерла десять дней назад. В «Ветреных холмах». Сказали — сердце…

— И тут сердце? Забавно становится, как любят у нас умирать от сердца. Заключение доктора или коронера видел?

— Нет. В поместье был только сторож. Он ничего не знает. Надо будет в столице встретиться с ларом Фицульямом Пейджем, вдовцом, и все выяснить.

— Для начала надо поговорить с доктором, который пользовал лару Сесиль, и коронером, или кто уж давал заключение о её смерти.

— Надо — встретимся. И… Я надеюсь, что ты поможешь — ты в этом лучше разбираешься.

— Лара Сесиль походила на сердечницу?

Вэл отмахнулся от этого вопроса:

— Что ты… Здоровее её лар редко встретишь — она обожала танцы и подвижные игры. С балов и танцевальных вечеров, как у Верна, уезжала бы последней, если бы не правила приличия. Только, сам же понимаешь, что убить так, чтобы ничего не заподозрили, крайне сложно. Для этого надо найти мага-ренегата… Целителя или ледяного мага, готовых остановить сердце.

Пришла очередь Йена фыркать, ожидая, когда Вэл справится с пуговицами на жилете:

— Вэл, не будь таким наивным. Спровадить на тот свет по причине сердца легко, на это способны даже ниры. Олеандр цветет осенью, его ягоды как раз поспели. А не будь олеандра, есть наперстянка, рододендроны, ландыши… Дальше перечислять? Сделать настойку — раз плюнуть. Капнуть в кофе, который скрывает вкус, тоже. А еще есть совершенно законный дигиталис.

Вэл напомнил — уж про дигиталис он знал:

— Его продают в аптеках по рецептам. Просто так его не купить.

— Зато в семье ларов или лэсов всегда есть пожилая дама, тетя или бабушка, благородно страдающая сердцем. Доктора многим выписывают дигиталис. Так что смерть от сердца, увы, слишком легко устроить в нашем обществе. Только вот разрешение на эксгумацию тела нам не дадут — маловато твоих подозрений, что лара Сесиль не сердечница, и моих подозрений в том, что лара Сесиль не из тех, кто напрасно рискует, пытаясь приручить любовника ревностью… — Йен осекся. — Эм, прости, Валентайн.

— Да ничего, сам виноват в той дикой истории, что уж там говорить. — Вэл подал сюртук. — Видишь, Йен, и никакого унижения от посторонней помощи, потому что я твой друг. А про эксгумацию тела надо подумать — не обязательно же это делать. Можно найти мага смерти, готового за хорошую плату на нарушение закона.

Йен нахмурился — о таком решении он не задумывался. Интересно, Оден из тех, кто нарушает закон или нет?