Онлайн книга «Песнь лабиринта»
|
Глава 16 Свет пробивался откуда-то сверху. Она сделала судорожный вздох. Рванулась, пытаясь приподняться. Но тело почти не слушалось, даже пошевелить пальцами получилось с трудом, словно все в ней разбухло, лишилось костей и превратилось в желе. Обрывки того, что случилось в участке, мелькнули перед глазами: она направлялась в туалет, заперев свою подсобку, держа в руке ключи, шла, почти пританцовывая, напевая «quand il me prend dans ses bras, il me parle tout bas…»[8]. Слишком расслабленная, слишком счастливая – вся уже мыслями там, под теплым солнцем и синим небом, на развалинах лабиринта, где давно не осталось никаких чудовищ. И не успела, не успела собраться, когда к ней вдруг метнулась темная тень, когда в воздухе резко запахло хлороформом. Последнее, что Алис помнила, – звон упавших на пол ключей, когда попыталась схватиться за чужую жесткую руку, с силой вжимающую ей в лицо тряпку. – На десять минут раньше. Надо будет подкорректировать дозу. Голос был спокойный и отстраненный, но от этого жуткий. Словно тот, кто говорил, не обращался к ней как к человеку, а разглядывал ее как экспонат. Алис наконец разлепила глаза и снова зажмурилась от яркого света. Дернулась, как приколотая булавками бабочка. Попыталась по ощущениям оценить то, что происходит. Она лежит на чем-то плоском и твердом. И… черт! Ноги у нее были подняты, под коленками какие-то распорки. Она попыталась ими пошевелить, раздался скрип. Руки… руки тоже привязаны, примотаны к телу. Что это может быть? Куда он ее притащил? Где это? Надо сориентироваться, понять… Алис снова приоткрыла глаза, поморгала, привыкая к свету, кое-как приподняла голову. Твою мать! Гинекологическое кресло! Он привязал… Алис судорожно дернулась, краем сознания отмечая, что хотя бы одета. Черт, черт, черт! Ноги были перехвачены ремнями в нескольких местах – под коленками и на бедрах, – намертво примотанные к этим распоркам. Чудовище стояло рядом, как раз возле ее согнутой в колене правой ноги, и Алис не видела его лица, зато вокруг него из-за падающего сзади света как будто сиял ореол из лучей. Прямо на нее была направлена медицинская лампа. – Жила-была девочка, премиленькая, прехорошенькая, но очень бедная… Алис вздрогнула от отвращения. Заговорить с ним? Сказать что-то? Не играть по его правилам. Но если от этого будет еще хуже? Что он задумал? – Она испугалась, хотела сбросить с себя башмаки, но они сидели крепко, – продолжало чудовище все так же отстраненно, спокойно, и она чувствовала, как против воли вся покрывается холодным потом. – Ты, верно, не знаешь, кто я? Я рублю головы дурным людям, и топор мой, как вижу, дрожит! «Он меня не убьет, – твердо сказала себе Алис. – Я нужна ему живая. Мы с Марком все вычислили правильно. Он не станет. Он не станет». – Но я не буду рубить тебе головы! Ведь тогда ты не успеешь покаяться в своем грехе. Лучше… Алис дернулась. Нет! Надо успокоиться, надо не слушать этот голос, он делает это специально, он знает, чем может ее раскачать, заставить нервничать, вызвать у нее паническую атаку. Он, возможно, умеет применять гипноз. И специально так ее привязал – в этой ужасной беспомощной позе. Специально зачитывает ей фразы из этой садистской сказки. Он просто пугает. Вводит в транс. Он просто… |